— Волчонок слабенький, и оборота нет, да он ещё и один…Однако всё же он волчонок. Я признаю его право на жизнь среди нас и освобождаю тебя, Святослав, от долга. Больше тебе не нужно обращать невест. Ты снискал для себя хорошую жену, пусть она и человек, только, верно, любит твоего волка всем сердцем, — признал старейшина, морщась от тех слов, что вынужденно произносил.
Ему явно было не по нутру сказанное, но он сдался под натиском молодых и имеющих право на счастье оборотней.
Крики общего ликования поднялись к сводам замка, с гулким эхом разносясь по всей округе. Ариус лишь усмехнулся, но потом одним взглядом заставил всех замолчать. Моё сердце замерло, ведь я боялась радоваться. Освобождение князя от долга ещё ничего не значило для остальных волков-одиночек.
— Дарий,— старейшина сурово посмотрел на недавно выступившего в поддержку Святослава волка, — вот от тебя я не ожидал услышать такое! Ты-то уж точно не воешь на луну от тоски нашёл себе волчицу и снова ожидаешь пополнения в стае.
— Верно, но мои сыновья вырастут, и им потребуются жёны и наследники. А как отбиваться от женихов человечьего рода? Дочки у меня знатные красавицы, — отозвался лорд Дарий, так поведя головой, словно девочки, копии собственной матери, пошли красотой именно в него, здоровенного, как медведь, и грозного воина.
— Признаю. Ты прав, законы устарели, и их нужно менять. Мы не живём по триста лет, как наши великие предки, а лишь слабеем. Вот только такие союзы и дети к чему приведут? Мы же станем ещё слабее!
— Прошу прощения… — осмелившись, проговорила я, почти перебив старейшину.
Это было странно, но мне вдруг почудилось, что сын нуждался в моём присутствии.
— Говорите, княжна Милолика, — снисходительно дозволил Ариус.
— Позвольте мне пойти к ребёнку, — почти слёзно вымолвила я.
Услышав последнее, Святослав развернул меня к себе и схватил за плечи, безмолвно пытаясь узнать то, чего я и сама не ведала. Материнское сердце было не обмануть, и я зачем-то требовалась собственному дитя.
— Что-то с Владимиром, она это чувствует! — выпалил князь для всех, понимая меня без каких-либо слов, и мы вместе с ним устремились в покои.
По коридорам за нами последовали и остальные оборотни, для которых рождение полукровки стало важным событием, из-за чего они переживали за него не меньше меня самой. Моё беспокойное сердце билось пташкой в клетке, придавало ногам скорости. Если бы не крепкая рука любимого, сжимающая моё запястье, я бы вырвалась вперёд, но именно он распахнул двери в комнату первым.
Оглядевшись, мы застыли на пороге опочивальни, где не было, на первый взгляд, ни нашего с князем сына, ни остававшейся с ним знахарки. Впрочем, то казалось только на первый взгляд. На полу лежали маленький волчонок и старая поседевшая волчица следила за ним.
35
35
Оглядев нас, волчица фыркнула и тяжело поднялась на лапы. Одному богу оставалось известно, сколько ей было лет. Волчонок неуклюже перекатился с бока на бок и тоже встал с пола, пытаясь подражать стерегущей его старой хищнице.
Я взглянула на Святослава, по лицу которого не удавалось понять, хорошо ли всё было или плохо. Он нахмурился, хотя уголки его губ и тронула едва приметная улыбка.
— Отличный оборотень. Смотри, какие лапы мощные! Едва ли меньше будут, чем у моих. И не сказать, что полукровка, — прогремел из-за наших спин Дарий, нарушая всеобщее молчание.
— И что же теперь, Ариус? Мы можем не искать более пару своему волку? — спросил кто-то из толпы оборотней, и остальные тут же поддержали его дружным гомоном.
— Обсудите это без нас, — довольно резко осадил всех Великий князь, после чего захлопнул двери наших покоев, закрываясь от всех собравшихся.
— Что мне делать? — шепнула я, непонимающе глядя на него.
У меня не было и малейшего представления, как подступиться к волчонку.
— Ничего, — коротко ответил любимый и обернулся в огромного чёрного волка.
Вздрогнув, я осела на лавку от страха, когда он оскалился и, низко рыкнув, схватил зубами волчонка. Закрыв руками глаза, даже решила, что зверь мог разорвать несмышлёныша по каким-то своим причинам. Только в следующее мгновение заполнивший моё сердце лютый ужас быстро сменился настоящей щемящей сердце радостью. Слёзы градом покатились по моим щекам, когда волк опустил волчонка мне на колени, и наши взгляды встретились. Мой, испуганный и счастливый, и его, полный благодарности за долгожданного наследника.
Пара мгновений — и зверь, отвернувшись от нас, стал наступать на старую волчицу. Мне было неведомо, какой между ними был спор, но они стали скалиться друг на друга и рычать. Волчица хоть и выглядела слабой, но с места не отступила ни на шаг, гордо вздымая голову, когда волк приблизился к ней. Его оскал становился всё яростней, а угрожающий рык — громче. Волчонок у меня на руках занервничал и начал тихо поскуливать, когда его отец вцепился клыками в шею волчицы, а потом и вовсе завыл, тонко и жалобно.
