Зор вернулся домой в самом замечательном расположении духа. Впрочем, в последнее время он почти всегда чувствовал себя превосходно. Слуги перешептывались за спиной мага, гадая, в чем кроется причина превращения привычно мрачного аристократа в по-прежнему сдержанного, но довольно снисходительного хозяина. Прежде любой промах, любая оплошность прислужников замечались им и влекли за собой не самые приятные последствия. Теперь же, когда провинившиеся подходили к хозяину с чистосердечными признаниями, он чаще всего отмахивался и отсылал их к экономке.
– Говорю я вам, – твердил один из лакеев, – в рыжеволосой все дело. Ну верно ведь, Дора? – обратился он к кухарке.
Давно уже для всех стало привычным собираться вечерами на кухне, пить чай и делиться новостями. Теперь для этого даже появилось свободное время.
– Верно, верно, – с загадочной улыбкой отвечала кухарка, а дворецкий с парой служанок даже придвинулись ближе, чуть не опрокинув чайник с горячим напитком. – На днях Надиш рассказала, что хозяин теперь не просто раньше домой возвращается, он в первую очередь спрашивает, где девушка. Они вдвоем то в библиотеке пропадают, то по саду прогуливаются. И ведь находят темы для разговоров и не устают постоянно что-то обсуждать.
– Угу, не устают, – захихикал тощий прислужник с хитрым лисьим лицом, – они даже ночами беседы свои продолжают. И темы все наверняка научные.
– А ты девочку не порочь, – заступилась одна из служанок, – они ночами не видятся, я в ее и его комнатах лично прибираюсь, так что намеки грязные держи при себе.
– Как же не видятся, вместе пропадают в подвале, куда другим ходу нет, чем они там, по-твоему, занимаются?
– Уж не тем, чем удобнее в спальне да на мягкой кровати заниматься. Лучше бы малышке спасибо сказал за то, что хозяина нашего от тягостных дум отвлекла. Совершенно другим человеком стал.
– Вон он, вон! – воскликнула самая младшая из прислужниц, стоявшая возле окна. – По саду идет. Наверное, последние приготовления заканчивает. Правда, один шагает.
– Удивительно даже, – не преминул вставить слуга, которого остальные так и прозвали – Лис, – в последнее время все больше с ней вдвоем. То ужинают вместе, то танцуют или прогуливаются, то в библиотеке пропадают. А девчонка неглупая, нашла чем хозяина зацепить. Девицы манерные, из аристократок, и так и этак к нему, а эта сразу уразумела, чем пронять можно и что хозяину нравится. Гусыни великосветские думают, что ежели одной с ним породы, так можно сразу сливки снимать, и родовитость сыграет на руку, а копать-то глубже следует, начинать с интересов. Что еще мужику, у которого все есть, угодно будет?
– И почему, как послушаешь тебя, так тошно становится? – фыркнула кухарка. – С одной стороны, верно говоришь, а все извращаешь. Не притворяется она. Кабы хотела охмурить, раньше бы действовать начала, давно уж тут живет, а ей в самом деле с ним интересно. Два сапога пара, помяни мое слово.
После заявления кухарки остальные слуги с интересом уставились в окно, провожая глазами удаляющегося по тропинке хозяина.
Севшее за горизонт солнце посылало последние розовые блики по темнеющему небосводу. Зор шел по саду, направляясь к самому центру, туда, где во время праздника должна была располагаться круглая площадка размером с приличную бальную залу. Площадка уже была готова, как и большая часть других атрибутов, а вот кое-что еще предстояло доделать. Зор свернул с широкой дорожки на узкую тропинку, углубился в самые заросли и остановился перед огромным обломком скалы.
Такие куски были распределены по всему саду в строго определенных местах. Анделино остановился, скрестил ладони на набалдашнике и замер. Он терпеливо дожидался, когда юная целительница найдет его в этой части сада. Именно здесь он пообещал ей вчера показать один из самых увлекательных магических трюков.
Бэле было безумно интересно наблюдать, как Зор подготавливал свои владения к празднику Лунной ночи, и Анделино не препятствовал девушке, наоборот, показывал то, что могло ее развлечь. Особенное удовольствие доставляло следить за тем, как глаза целительницы каждый раз загораются, когда она видит применение магии созидания. Вот и сейчас, несмотря на то что работа предстояла сложная и кропотливая, а Зор не любил наблюдателей, для Бэлы он сделал исключение.
На дорожке послышался звук легких шагов, и маг обернулся, выискивая среди деревьев тонкую фигурку. Целительница торопливо выбежала на расчищенный от кустарников участок, где стоял Зор, и резко затормозила.
– Я боялась опоздать, – со смущенной улыбкой вымолвила девушка, – увлеклась новыми расчетами, а потом увидела, сколько уже времени…
Маг ответил на ее улыбку, но ничего не сказал, а повернулся к камню. Закатав рукава белой рубашки, Зор прикрыл глаза и поднял свой эсканилор. На этот раз не только набалдашник, но и вся трость засветилась, а девушка восторженно выдохнула и сжала ладони, наблюдая, как огромный скальный обломок начинает медленно оплавляться прямо на глазах.
