Ребята остались на километр дальше, мне нужно было самому оказаться в этом доме. Этот хрен, Алекс Райтер, оказывается, уже сидел в тюрьме, причем, как оборотень, на полном нарко-контроле. Наверняка он не справился с вкусным запахом течки этой волшебной сучки, и отымел ее по полной программе.
А та, наверняка, и не сдерживалась.
Подмахивала хвостом, задом своим круглым, стонала ему в шею, вылизывала его член. Дрянь.
Я знаю, она всегда хотела забеременеть во время течки, для того, чтобы избежать секса со мной на время вынашивания щенков. Поэтому я всегда — ВСЕГДА — держал ее в подвале под холодной водой, смывая пленительный аромат, зовущий, греховный.
Трахать волчицу во время течки — прямой путь к тому, чтобы стать папашей. Нахера оно мне нужно. А вот получить сейчас щенков от какого-то отсидевшего зэка мне бы не хотелось.
А потому, милая моя женушка, нам придется распрощаться с тобой.
Я принюхался. Да что за черт? Запахов волков — Амалии и этого хренового Алекса — не очень много, они будто приглушены чем-то. Я снова заглянул в машину, вытащил личное дело Райтера. Посмотрел на его фотографию, задержавшись на его больших глазах. Что-то знакомое почудилось в его взгляде, в его облике, но кто он такой, память так и не подсказала.
Хорошо, что моя охрана была хорошо научена Ларсом. Хоть он и был трусоватым гавнюком, но свое дело все-таки знал. И как замести следы, и как найти кого нужно, и как научить стаю подрастающих щенков быть следопытами.
Но в этот раз свидетели моего позора мне не нужны. Как это — жена будущего альфы стаи оттрахана другим? Нет уж.
Я зачищу следы сам. И ничего не оставлю от Ами. Миссис Блэквуд придется ответить за все.
Так, машины рядом нет, следов волка — тоже. Значит, мистер Райтер свалил из дома. Что, в общем-то, мне на руку.
— Амалия, девочка моя, я иду к тебе! — достаю из машины топор, чтобы разрубить замок. Не думаю, что хренов волк оставил дом с открытой дверью.
Подхожу к двери, дергаю ручку. Странно, удивительно, но она поддалась. Запах Ами стал сильнее — а это значит, что она все еще в доме. Ах ты шкура. Значит, у тебя была возможность сбежать, вернуться домой, слезно вымаливая прощение стоя на коленях с моим членом во рту, но вместо этого ты решила отдохнуть на природе? Дауншифтер, бл@. Ну, готовься.
— Клауд? — с дивана подскакивает моя девочка. Одетая как мотельная прислуга — джинсы и рубашка.
— Твой дорогой муж, моя милая, твой дорогой муж, — медленно закрываю за собой дверь и вдыхаю запах секса, которым пропитался этот дом. Секса моей жены с другим оборотнем. — Сюрприз!
Алекс
Закрываю за собой дверь, прыгаю в машину, завожу мотор. Тачка легко слушается, урча мотором и зарождая жизнь в этом богом забытом на много миль месте. Даже ветки голых деревьев не качаются от ветра, воздух плотный и по-осеннему густой. С одной стороны, это плохо: если будет надвигаться опасность, волчица ее не почувствует, но есть и другая сторона, положительная — запах моей Амалии никто не прочтет.
Я не стал распылять на нее дезодорант, закрывающий запах на замок, иначе это могло повредить ей. Течка кончалась, самое тяжелое время прошло, но не до конца, а в такое время женщина и волчица должны быть едины, чтобы легче пережить этот кризис.
Выкручивая руль, хмыкаю сам себе под нос: совсем размяк от этой девушки, совсем. Еще пару дней назад я хотел записать на видео, как ее трахают во все дырки пятеро волков-оборотней, чтобы Клауд перед своей смертью насладился этим прекрасным зрелищем, ощутив на своей поганой шкуре, каково это.
Но сейчас…
Бл@, да я сам перегрызу глотку каждому, кто косо посмотрит на нее, у кого хотя бы раз дернется член в штанах, выражая симпатию. Нах*й, пусть держатся подальше от греха. Правда это или нет про истинных пар, но рядом с ней, вкушая этот аромат, я забывал о своих горестях, реально становился совсем другим.
Машина подпрыгнула на очередной коряге нераскатанной дороги, вдалеке пробежал заяц-русак, ловко маневрируя между соснами. Я прибавил газу, чтобы быстрее добраться до Лесника. Одному мне с Клаудом сейчас не совладать — потеряв начальника охраны, жену, он и шагу один не ступит, а потому нужна помощь такого же отбитого на всю голову волка, который сможет подстраховать со спины.
Да срать на это правосудие, о котором я говорил Амалии. Лесник скинул контакты того, кто будет заниматься делом Клауда Блэквуда, и не сольет его в унитаз, а я переслал основную часть компромата куда требовалось. Однако оставлять все так, как есть, не планировал. Потому что он ДОЛЖЕН был познать кару моего правосудия.
Да, я верю в то, что найденной информации хватит, чтобы упечь его за решетку до конца жизни, пока он не сдохнет там от наркоты, что сдерживает внутреннего волка от обращения, — знаю по себе. Но мне этого, блять, мало.
Перед глазами помутнело — уже в который раз, когда я начинал думать о Клауде. Я поморгал глазами, прогоняя опустившуюся с ресниц пелену. Приборная панель дребезжала — на такой скорости передвигаться по лесу глупо, но у меня не было времени.
