Лес и животные, оказавшиеся локально во власти нечисти, становились стерильны. Не умирали, но теряли репродуктивную функцию как факт. Вплоть до того, что растения, на минуточку, способные к размножению делением, делиться отказывались наотрез. И помирали кусками, которые должны бы вырасти в новое дерево или куст. С живностью — та же история.
Всё это локально, но продолжалось от месяца до недели. Как-то у пухлого, задолбанного ордой шишиг и кикимор, с временем неважно было, хех. И репродуктивная функция всего возвращаться к норме не собиралась.
Далее, некая шишига, которая вроде как болотная, но травой заведует и в лесах шуршит (чему я сам свидетелем был), на “нечисть поганую” натолкнулась. И то ли сдвинулась крышей, то ли ещё что, но: “рыдает навзрыд, говорить не желает или не может, но как ей страшно и помереть желается — бормочет”.
В общем, какая-то хрень неприятная, непонятная, запредельная. Для нечистиков небезопасная в плане психики (на этом месте уже я несколько потупился невинно, потому что я — хороший. Хоть и та ещё сволочь).
И сожрал… точнее, чёрт знает, что сделал, дюжину человеков. Или металюдей — тут лешак различий не делал, разве что эпитет добавлял типа “коротышка” или там “дылда”.
Активность этот паразит проявляет в сумерках-ночью. Людей харчит в лесах, с хрена ли они туда лезут — непонятно, а леший не особо интересовался. Его, как понятно, сильно беспокоили области стерильности, потихоньку-полегоньку, но появляющиеся.
— Фигня какая, — экспертно заключил я, на что лешак покивал. — Слушай, Леший, ни черта мне эта пакость не нравится, — задумчиво протянул я.
— А уж как мне не нравится, Кащеюшка — мочи нет, — замахал брылями нечистик. — Избавишь от супостата?
— Да надо бы… И говорил же уже, что возьмусь, — напомнил я.
— Так-то оно так, а этак надёжнее, — повеселел Леший и утопал, уменьшаясь в размере, вдаль.
Так, ну ладно, задумался я. Нечисть активность проявляет в сумерках. И локализация ентой нечисти похер — леший доложил, что “стерилизованные” места появляются вдоль шоссе, у поселений, подчас несколько за ночь, абсолютно бессистемно и невзирая на расстояния.
Развернул я карту, попырился в неё мудрым взором, ни хрена на ней не углядел. Кроме и так нарисованного. А была надежда на “неведомую трахнутую фигню ловить сдеся”, с крестиком указательным. Но — не срослось.
Ладно, Арискино недалеко, уточню у Берегини. У неё свои, весьма специфические взаимоотношения с Миром вообще и нежитью и нечистью в частности. Собственно, те же луговые, домовые и прочие подобные типы, на её земле и прилегающих территориях, её за главную, “Матушку-Берегиню” почитают.
— Не знаю, Кащей. Что-то чуяла, была нечисть какая-то, но к моей земле близко не подходила, — задумчиво ответила девчонка на мой вопрос. — Я вообще думала, кто-то новый у Лешего появился. К нам не лезет, ну и чёрт бы с ним. А в сумерках наши не выходят, — решительно кивнула она.
— Так, именно “нечисть” или “нежить”? — начал уточнять я, поскольку от Лешего таких “неважных” деталей не добился.
— Нечисть, — уверенно ответила Ариска. — Навью попахивает, но точно живая.
— И лишает “родильной силы”, — несколько обескуражено пробормотал я.
— Да говорю же, не знаю я, Кащей, — аж возмутилась Ариска. — Сунулась бы ко мне — не ушла бы, — ангельски улыбнулась маленькая девочка на костяной ноге. — А так… — развела она руками.
— Да я же не в претензию, вслух думаю. Она и людей харчит, не думаю, что Леший врал.
— Это да, — покивала Ариска. — Не умеет. Да и мы вскоре разучимся — что и к лучшему.
— Это да, — покивал я.
— Ладно, удачи тебе, Кащей, — после того, как похихикала, махнула ладошкой Ариска и ускакала.
А я продолжил свои подготовительные мероприятия, которые заключались в неспешной езде на байке. Разглядывании карты. Ну ОЧЕНЬ детективных возгласов: “Ничего не понимаю!”
Через часок этой хрени я решил перестать ей страдать. И стал думать головой. Рявкнул на лешака, тот выперся откуда-то, не слишком довольный и с некоторым беспорядком в гардеробе. Видно, смычка леса и болота была в самом разгаре.
— Чего тебе, Кащей? — недовольно буркнул он.
— Люди. Тварь на них специально охотилась, или заодно прихватывала?
— А я-то откель знаю, Кащей? — недовольно буркнул лешак.
— Так, вот карта. Понимаешь?
— Не дурни лесные чай, — надулся Лешак. — Чего хотел-то? — заинтересовался он.
— Первое: с тех пор как тварь появилась, через твои владения хоть один человек ночью прошёл, его внимания не привлекая?
— Да по моим владениям ночью и так человекам не очень, — честно признался нечистик, закатив глазки. — Но… точно, на людишек охотится, тать гадкий! Ни одного не упустил!
— Угу. И вспомни-ка, Леший, где тварь появлялась, ну эти, места “без родильной силы”...
— Сказал же — не дурной я, — надулся лешак. — Понял я тебя. Сейчас точно скажу.
