Довольно напряжённо потопал — тип на меня пырился. Впрочем, вскоре сзади зашуршало камышами — тоже выбирался.
На дороге, метрах в десяти от байка, стоял этакий квадроцикл. Явная переделка оригинального, небывальщина в нём чувствовалось. Двухместный, на заднем месте турель с каким-то стрелялом, за котором сидел тип номер два. Орк, в такой же маготехнической бронежилетке, как и первый.
— Ну что, Артём? — кося на меня кинул он в камыши.
— Маг, просто интересовался, — послышалось из-за спины, одновременно с шуршанием камышей.
— И больше не буду, — уточнил я, поскольку станковое стреляло, в сочетании с втянутыми тросами и орком за ним — напрягали.
— И больше не будет, — ржанул первый, выходя на дорогу. — Ладно, мы на пост. Ты в город, странник? — хмыкнул он.
— Были мысли, но не уверен. У вас к тифлингам как относятся?
— К кому? — выпучил на меня буркалы Артём, на и орчина недоумённо уставился.
— К металюдям, потенциально опасным, — осторожно сформулировал я.
— Да пока на людей кидаться не будешь — нормально, — пожал плечами орчина. — Не кидаешься?
— Не кидаюсь, — заверил я орка.
— В общем, мы поехали, — влез Артём на водительское место. — Пока агрессии к жителям и гостям Егорьевска не проявляешь — претензий не будет. Придумали тоже — “тифлинг”, — фыркнул он. — Маг и маг, — смерил он меня взглядом.
И уехали. А я присел на байк и призадумался. Ну вот как-то эти “дружинники” на злобных прислужников “жудкого некрохрыча” не тянули. Скорее даже доброжелательные, внешне уж точно, и по теперешним временам. Да и по прошлым — тоже, если начистоту.
В общем, попробуем-ка в Дубки, которые с какого-то хрена оказались Егорьевском, просто спокойно въехать. И на месте разберёмся, что и как, решил я, трогая байк.
Дубки, которые Егорьевск, по приближении удивляли. Для начала — видом. Все встреченные мной обитаемые поселения, кроме Благого, были обнесены оградой. Вокруг кентаврячьего стойла — и то был частокол, хоть и порушенный.
А тут — ни черта. Что-то вроде пропускного пункта-привратницкой дорогу перегораживало — и всё.
Конечно, тут могла играть роль архитектура: за счёт разлива реки Дубки оказались "полунадводным" городком, заметная часть которого стояла на каких-то сваях над водой. А ворота и округа — уже на земле, на берегу, но всё же. И никакой фортификации, притом что куча нечистиков, проявленных в материи, были до человеков весьма охочи. От насилия, различного типа и вида, до употребления в пищу.
Далее, центром городка было дерево. Что-то типа Меллорна, но именно “что-то типа”. Полностью всё хрен разглядишь, но явно поменьше Меллорна, да и колёр явно другой, как древесины, так и листвы. Вот она, легендарная жизнь за кольцевой, съехидствовал я.
Но вообще — странно. Меллорны обитаемы, хотя рассказывали, что вдали от Столицы эльфы не особо привечают в дереве-городе неэльфов. Но, опять же, а нахрен выращивать Меллорн-не Меллорн в горшке (потому что под ним — вода) в середине жилого городка?
И довольно странным было ощущение в небывальщине. Прямо противоположное всему, что я надумал по дороге, услышав о мёртвой воде. От города просто пыхало витальностью, концентрация росла по мере приближения к нему бешеными темпами.
И трава на обочине пусть и не вырастала в деревья, но была столь часта, что сплеталась в этакий травяной войлок почти метровой толщины. И какое-то запределье бабочек, стрекоз, но вот мух и прочих слепней и не видно, что тоже странно. Так-то мне насекомие паразитное пофиг, но бабочек — тучи, а ни одного муха.
Это… ну посмотрим. Вывод, самый напрашивающийся — понятен. Но не факт, что верен, а главное — как это делают, если это так?
Пока я рассуждал, приблизился к какому-то каравану. Десяток телег, прикрытых мешковиной, с сеном и брёвнами. Ну и прибавил я скорости, а то как бы ждать не пришлось.
На пропускном пункте с шлагбаумом (вот уж не думал, что когда-нибудь увижу эту символическую преграду) стояли Артём и ещё какой-то тип, не давешний тип. Парень ручкой помахал и выдал:
— Добро пожаловать в Егорьевск, странник. Обязательная проверка, — протянул он дощечку с ельфийским матом.
Ну, хоть тут что-то общее, отметил я, кладя лапу на деревяху. Данные каракули выявляли “агрессивные намерения” в рамках прописанного. Ельфское колдунство, может, в чём-то и отличающееся от зеленюковского, но не принципиально.
Матерные закорючки слабо мерцнули синеватым, но ни красного, ни белого, который вроде как “алярм”. Ну и интенсивность свечения была невелика — очевидно, моё “втягивание тросов” и тут действовало. В Зеленюках от меня эти надписи как неон на стрип-баре светились.
А с “агрессией” выходило занятно. Я ведь её действительно к дубоголовым не проявлял. Вот вообще — моя возможная агрессия была направлена на возможно совершаемое действие. Ну а если чтоб прервать действие, возможно…
В общем, столь сложные построения ельфячье колдунство не расшифровывало, а прямые реакции у меня были как у доброго, хорошего Кащея.
— Чем заниматься думаешь? — этаким занятным образом проверяльщик обозначил, что “проверка пройдена”.
