– Помнишь я рассказывал про бои? – и, дождавшись кивка, продолжил, – тогда я прикончил одного придурка, но его друзьям это не то чтобы сильно понравилось. После я от них удрал, предварительно дав по морде одному их них. Собственно, он сейчас стоит за нами, – сказал я и, кивнув головой на трап, добавил, – и вон тех ребят он сейчас явно ждет. Будь готов к неожиданностям.
Артур лишь вздохнул, а затем, посмотрев на группу мечников, сказал:
– Видимо, спокойного улететь нам не дадут.
Те, спустившись с корабля, стояли и слушали встречающего их паренька, поглядывая на нас. Мы стояли в очереди на посадку, где каждый поднимался по трапу, подходил к матросу, который записывал в книгу тех, кто внес оплату, и, собственно, эту самую оплату и принимал. В какой-то момент долгарцы развернулись и направились к нам. К сожалению, попасть на корабль мы не успели.
– Ну здравствуй, трус, не хочешь объясниться? – сразу с оскорбления и претензии начал один из них.
Высокий, выше меня, со светло-зелеными глазами, и с богато украшенным мечом он производил впечатление главаря в их группе. Мне до последнего хотелось избежать конфликта, но терпеть их я был не намерен, даже понимая, что это явная провокация.
– Какого Однорукого тебе надо? Катитесь в Бездну, ишак, – ответил ему той же монетой.
– Не произноси имя Его, – сразу зашипел главарь, а затем продолжил, все повышая громкость и явно играя на людей в очереди, – ты не достоин называться воином. Ты убил нашего товарища, бесчестно заколол, а потом трусливо сбежал. Ты оскорбил нас всех и меня лично этим. И за оскорбление, расплатишься кровью, – под конец своей речи он уже кричал и была видна его ярость.
Видимо, я все же переоценил его. Он не на шутку завелся, а все эти театральные речи были скорее чертой характера. Однако, все же пока он держал себя в руках, и, хотя рука сжимала рукоять его меча, пока не спешил пускать его в дело.
– Отвали от меня, урод, пока я не отправил тебя вслед за твоим драгоценным дружком-маньяком, – сказал я и уже начал отворачиваться, чтобы подняться на палубу, как долгарец схватил меня за плечо.
Этого я стерпеть не мог, поэтому молча ударил его по лицу, стараясь при этом услышать музыку. Вот тут уже он не смог стерпеть и кинулся на меня. Я попытался выбить его первым же ударом, но он успел поймать мою руку, после чего пришлось переводить весь бой в партер. Я старался скрутить его, все же обладал кое-какими познаниями в борьбе, или встать, чтобы обладать возможностью уклоняться, но пока он пересиливал меня, так как был крупнее. Краем глаза успел заметить, как его дружки кинусь помогать ему, но им навстречу подался Артур, вынимая из рукава тонкий длинный кинжал, и они были вынуждены притормозить и схватиться за рукояти мечей. Пусть их в ход на виду у всех значит подписать себе смертный приговор, и они это понимали, поэтому медлили. Дальше я не стал отвлекаться и кинул все силы на борьбу. Мы лупили друг друга, не отвлекаясь, и старались вывернуть руки, либо еще как-то обездвижить противника. Мечи на поясе только мешали нам, но вынуть их мы уже не могли. В момент, когда я понял, что без ножа я не выйду победителем и принял решение немного укоротить оппонента, раздался крик, а затем тяжелый башмак вписался мне в ребра.
Оказывается, подоспела стража и решила разнять нас самым банальным способом – отпинав обоих. Врезав еще пару раз сапогом по корпусу меня грубо вздернули на ноги. Два страдника держали меня по руки и не давали особо шевелиться. Быстро осмотревшись, я заметил, что Артур и остальные наемники стоят в стороне, все под прицелами арбалетов стражи. Капитан десятка, здоровенный детина, что был выше даже моего противника, посмотрел на меня, потом на моего соперника и проникновенно спросил:
– Вы двое ополоумели? Из-за чего драка? Вы вообще понимаете, что я сейчас вам в праве по десятку плетей всыпать?
Настоящую причину драки я называть не собирался, собственно, как и мой противник. Это бы только вызвало лишние вопросы и помешало бы мне уехать из города, а моим противникам меня убить. Поэтому мы отмолчались. А вот Артур решил, что его помощь будет очень кстати и запел соловьем. По итогу, с нас стряхнули по двадцать крупных монет серебром и отпустили, сказав, что, если еще раз попадемся, так легко не отделаемся. Уже уходя капитан добавил:
– И да, трупы мне тут не нужны, на моем участке должно быть тихо. Я вас запомнил, так что проваливайте, да подальше и побыстрее.
Как только стража отошла от нас достаточно далеко, чтобы не услышать слова, долгарец сказал:
– Ты не жилец, парень. Мы от тебя не отстанем.
Холодно посмотрев на него, я отвернулся и пошел на выход из порта. Артур поспешил за мной. Вся проблема была в том, что на некотором отдалении от нас шли четыре человека. Еще два ушли со всеми вещами, видимо решив, что четверо с двумя справятся вполне успешно.
