Пляска Бледных полностью

Даниила схватила свою единственную подругу, зарываясь в её объятья, чувствуя тепло её любимого тела.

Авдея коснулась губами её лба и ласково отстранила. Девушка протянула ладонь, молча прося остаться, но бабушка лишь качнула головой, отступая в сгущающийся туман. В глазах обеих — слёзы: слёзы признания счастья, смешанные с пониманием и отчаянием.

Последнее прощай — и корабль отходит в пустоту вечного пути Земли Надежд, оставляя девочку одну, и лишь флейты восточных ветров всё ещё напоминают ей о волшебном образе таинственной барки, о которой так мечтала её подруга, её любимая.

Видение рассеялось, возвращая Даниилу в залитую светом спальню. На постели — застывшее тело бабушки, в глазах её — безмятежная улыбка, вечное счастье молодого призрака, что давно замер в своём собственном мире по дороге в вечность.

Странная женщина в белых одеждах подошла к девушке, мягко обвив её плечи. К ним присоединился офицер, оправил свой жилет, опустив взгляд, прикрыв глаза, будто отдавая честь усопшей. Торжественно вскинул руку в знак прощанья.

Корабль ушёл, забирая душу ребёнка, что обрёл своё счастье.

Всё ещё дрожащая Даниила опустилась на пол, прислонившись спиной к дивану. Извлекла из кармана пачку синих «Верблюдов» — кораблей пустыни, что уходят в небо. Закурила. Она молчала, делая затяжку за затяжкой, нервно выпуская сизый дым в пустоту спальни. Снова и снова, без слов, без эмоций. Только блестящие линии вдоль щёк выдавали сейчас чувства девушки.

«По крайней мере, она умерла так, как мечтала».

«По крайней мере, я попрощалась с ней».

Девушка дрожала, продолжая курить. Пепел сыпался на колени, тлеющий фильтр жёг пальцы.

«По крайней мере, она счастлива».

Обхватив руками колени, девушка свернулась на полу в ногах у бабушки, тихо всхлипывая.

Благая Смерть опустилась подле неё, давая Клаусу знак скрыться: сейчас он лишний. Тот понимающе удалился.

Едва коснувшись слабой руки школьницы, женщина задала ей вопрос:

— Ты пойдёшь с нами?

Молчаливые всхлипы, дрожь, смешанная со страхом неизвестности. И лишь за ними — спокойствие. Немая тихая печаль.

— Да, — всё ещё сквозь слёзы, спрятав голову в колени, ответила она.

Данииле было сложно смириться со смертью своей бабушки.

Без шуток, Авдея стала для неё всем. Она заменила ей родителей и друзей. С ней у неё был первый сексуальный опыт. Она научила её тому, чего сама девушка раньше стеснялась. Позволила ей узнать свою свободу и свободу своего тела, дала возможность познать себя. Известие о смерти, тем более — личное присутствие при оной сильно ударили по девушке. Терять близкого человека — это всегда сложно. И ещё сложнее — примириться с тем, что ты утратил любимого.

Клаус и Благая Смерть — Даниила не винила их. Она видела счастье в глазах Авдеи, знала, что кого попало та к себе, тем более настолько близко — не впустит. Эта пара и смущала, и восхищала её. Они были странными. Общаться с ними было легко. Даже можно было дружить. Ещё тогда они переместились на кухню, где стоял стол и три простых табуретки — квартира была рассчитана на семью в двое родителей и одного ребёнка, как обычно.

Даниила спросила их, что они здесь делали и почему Клаус спал с её бабушкой.

Тот тактично молчал, и говорила Яна. Она отвечала, что они сблизились с ней. Что часто захаживали в гости, пили вино, слушали музыку, общались. Говорила, что Авдее понравился Клаус — напоминал её первого мужчину. Она уже знала, что умирает, и просила их проводить её на причал реки Скай, где её встретит капитан белой барки и отчалит с ней в долгожданные моря Земли Надежд. Она истосковалась по мужской ласке и просила Клауса подарить ей её хотя бы напоследок.

— Да, дорогой? — прервала Яна тогда свой рассказ, мягко коснувшись ладони возлюбленного.

Тот всё так же молча кивнул. Вид его был невозмутим, взгляд — спокоен.

— Ей, — покусывая губы, спросила Даниила, — ей хотя бы было хорошо?

— Да, — коротко и тихо ответил Клаус.

Яна прикрыла губы ладонью, пряча улыбку, опустила взгляд.

— Будешь курить? — предложила она девушке.