— Иди в ж… Глеб. Посмотри лучше туда.
Девушка указала на противоположный край станции.
Там всё сияло сотнями огоньков. Они вспыхивали и туже срывались с места, устремляясь куда-то в даль. Проследив их путь, я ничего не увидел. Лишь невнятная тень, размером с горошину, на фоне сияющей Луны. Слишком большие расстояния для обычного человеческого зрения.
— Ничего не видно.
— Да мать вашу, увеличьте изображение, — закричал Шнайдер.
Опомнившись, я дал мысленную команду компьютеру. Нейронка тут же отреагировала, давая многократное увеличение. «Горошина» выросла в размере, приобрела чёткие очертания превращаясь…
Нет, это не могло быть ошибкой. Так не бывает. К нам летел «Дмитрий Донской». Многоцелевой атомный ракетный крейсер класса «Призрак». Самый современный в своей серии. И он палил в нас, как говорится, из всех стволов.
К нам шла смерть, и в этом не приходилось сомневаться. В лице космического исполина, крейсера способного в одиночку подавить планетарную оборону, творения лучших умов отечественной инженерии, посвятивших всю жизнь созданию машин уничтожения и преуспевших в этом. «ОСЬ-7» хорошая станция, но «Дмитрий Донской» сметёт её, превратив в атомный пепел. А нам даже некуда бежать. Вокруг только космическая пустота.
Неожиданно промелькнувшая мысль заставила меня вздрогнуть, и я судорожно принялся осматривать пространство вокруг. Это ведь Солнечная система. Здесь далеко не так пусто, как может показаться невооружённым взглядом. Тем более в районе Земли. Местная группировка Космофлота одна из самых мощных. Только боевых станций десять штук. Плюс крейсеры, не многим уступающие мощью «Донскому», корабли поддержки, десятки тысяч истребителей и многие другие. Где они?
Через мгновение я нашёл ответ на мой вопрос. В районе Луны вспыхивали и тут же гасли сотни, нет, тысячи огоньков. Там взламывали оборону Земли. Жёстко и беспощадно кто-то шёл напролом. Не жалея ни себя ни противника. И в это хотелось верить ещё меньше, чем в то, что легендарный адмирал сошёл сума и решил уничтожить родину человечества.
Первой в реальность вернулась Аня. Пока двое мужчин вытаращив глаза наблюдали за несущимися к крейсеру ракетами, девушка подошла к люку аварийного шлюза. Встав на колени, она протянула правую руку к замку. Из запястья появился пучок белых жгутиков. Ими не только можно подключить сознание человека к нейроинтерфейсу, но и, например, взломать систему защиты. Последняя как-то уж слишком быстро сдалась.
— Может, вы мне поможете, — крикнула Аня, принявшись поднимать крышку шлюза.
Опомнившись, мы оторвались от завораживающего и в тоже время кошмарного зрелища и схватились за скобы люка. Круглая металлическая крышка никак не хотела поддаваться. Не мог же он заржаветь в самом деле? Скорее металл прикипел. Кому-то на станции лень заниматься обслуживанием.
Наконец люк поддался. Не мешкая мы полезли в появившийся проём. Первой Аня, за ней Лео и только потом я.
Напоследок я посмотрел в сторону приближающегося крейсера. Вокруг него всё ярче вспыхивали огненные точки. «Дмитрий Донской» приближался, сбивая выпущенные по нему ракеты и готовясь нанести ответный удар. Одной Многомерности известно, что с нами после этого будет. Вот же угораздило.
Более не мешкая я нырнул в проём за своими спутниками и с силой потянул люк на себя.
Загерметизировать шлюз получилось не сразу. Только когда на помощь пришёл Шнайдер, потянув меня за торс. Наконец люк захлопнулся. Внутри круглого помещения, в котором с трудом поместились трое человек в боевых скафандрах, загорелся свет. Зашипели насосы, наполняя пустоту воздухом.
— И что дальше? — спросил Лео. — Я так понимаю, мы не совсем там, где должны были оказаться?
— Нет, не там, — согласилась Аня. — До причала, где должен находится «Ноябрь», ещё один сектор.
— Прелесть, — ухмыльнулся я. — Что будем делать? Пробираться с боем?
— Не смешно, Глеб, — ответил Шнайдер. — Они нас сметут просто.
— У тебя есть ещё варианты? Да и гарнизону скоро будет не до нас. Как только «Донской» нанесёт удар здесь будет ад.
Словно подтверждая мои слова Станцию вновь тряхнуло. На этот раз куда сильнее. Больше это похоже ни на старт ракет, а на взрыв. Пока ещё далеко и ударной волной нас лишь задело.
— Глеб прав, надо идти, — сказала Аня. — Уверена, никому из нас не улыбается превратиться в облако поджаренных протонов. Тем более здесь не далеко, чуть больше двухсот метров.
В коридоре, куда вёл выход из шлюза, оказалось пусто. Перед тем как выйти Аня отрубила все камеры видеонаблюдения в секторе. Будем надеяться, что это спишут на повреждение после удара или вовсе не заметят.
— Куда идём? — спросил я, выглядывая в коридор.
— На право и прямо, — ответила девушка. — Это хозсектор. Здесь не должно быть много людей. Надеюсь, мы вовсе никого не встретим.