Почтовое отделение фирмы занимало почти весь тридцатый этаж. Из-за отсутствия кабинетов с закрывающимися дверями обыск здесь продвигался быстрее, чем на других этажах. Мы шли так быстро, как могли, поворачивая головы, чтобы заглянуть за каждый рабочий стол по пути.
— Здесь никого нет, — сказал Реджи, и в его голосе ясно слышалось напряжение.
— Давай проверим почтовую комнату, — сказала я. — Наверное, все именно там.
Я очень надеялась, что это правда.
Но лишь когда до нас донеслись весёлые голоса из комнаты отдыха в дальнем конце этажа, мы поняли, где находятся сотрудники.
— С днём рождения, Дженис!
— Тебе прекрасно в сорок!
— Боже, у тебя красный бархат! Это мой любимый торт!
Мы остановились, когда до комнаты оставалось футов двадцать.
— Нам стоит войти? — прошептала я Реджи и Фредерику. — Не хочу быть бухгалтером, который врывается на вечеринку в почтовом отделении, но, может, мы могли бы просто быстро спросить, не видели ли они здесь кого-то постороннего?
— Это их только встревожит, — сказал Фредерик. А через мгновение спросил: — Что такое «красный бархат»?
— Я тоже хотел спросить, — признался Реджи.
— Это торт из настоящего красного бархата?
— Потом объясню, — пробормотала я сквозь зубы. У нас не было времени на это. — Нам нужно продолжать искать…
— Ищете меня? — раздался за моей спиной голос Джона Ричардсона.
У меня кровь застыла в жилах. Затаив дыхание и чувствуя, как сердце колотится в груди в бешеном ритме, я медленно обернулась к нему. И следа не осталось от того вежливого, неуклюжего финансового директора, с которым я имела дело весь последний месяц. На его месте стоял кто-то гораздо более жестокий. Кто-то, кто не уйдёт, пока не получит именно то, чего хочет. Он оскалился на меня. Его клыки, скрытые на виду, когда мы сидели в переговорной, теперь были отчётливо видны.
А это означало — если верить тому, что я читала в
— Вижу, вы хотели загнать меня в ловушку, мисс Коллинз, — прошипел он, его слова были, как холодные облачка воздуха на моей коже. Он наклонился ближе, так что его клыки оказались меньше чем в дюйме от моего горла. Цокнул языком, словно я была непослушным ребёнком. — Совсем нехорошо — врать мне и не сказать, что всё это время вы заодно с нашей добычей.
— Вы не можете этого сделать здесь! — выпалила я, мысли рассыпались, не складывались в связное. — Это же бухгалтерская фирма! — Будто это хоть что-то значило. Но я уже была за гранью здравого смысла и едва контролировала слова.
Реджи оттолкнул Ричардсона от меня и встал между нами.
— Если ты её укусишь, — прорычал он, лицо его было искажено яростью. — Нет, если ты хотя бы дыхнёшь на неё — я воткну кол в твоё сердце прямо здесь.
На каком-то уровне я понимала, что не должна находить яростную защиту Реджи такой чертовски привлекательной. Но я была слишком потрясена и напугана, чтобы заботиться об этом. Джон Ричардсон мрачно усмехнулся, поочерёдно глядя на Реджи и Фредерика. Его взгляд скользнул к их пустым рукам.
— И чем же ты меня заколешь, непослушный братец? Пальцами?
Чёрт. Чёрт. Мы были так заняты планом разговора с Джоном Ричардсоном, что даже не подумали о том, как будем сражаться с ним, если до этого дойдёт.
— Мы это не продумали, — пробормотал Фредерик себе под нос, озвучив мои собственные мысли. — У меня нет оружия.
— Я не буду колоть тебя пальцами, — голос Реджи был холодным, гладким, как шёлк. — Я заколю тебя вот этим. — К моему изумлению, он вынул из складок своей клетчатой юбки двухфутовый деревянный обломок, похожий на часть старой швабры. Один конец был тщательно заострён.
— Хочешь испытать удачу, дружок?
Глаза Джона Ричардсона расширились, он сделал шаг назад. Но через миг достал из-за пояса маленький кол, сверкнув глазами на Реджи и Фредерика.
— А вот я как раз хочу.
О, нет.
— Остальные наши братья и сёстры будут разочарованы, что пропустят это, — продолжил Джон Ричардсон, не замечая моего растущего ужаса. Его глаза сверкали сталью, и он не отрывал взгляда от Реджи, вертя кол в руке, как маленькую дубинку.
— Не называй меня своим братом, — зарычал Реджи.
— Но ведь ты им являешься.
— К чёрту это.
Ричардсон продолжал, будто Реджи и не говорил:
— Мы с братьями и сёстрами давно ждали этой расплаты, Реджинальд. Мы надеялись, что будем вместе, когда она свершится, но… сам понимаешь. — Он театрально вздохнул. — Нищие не выбирают, и всё такое. Я отправил им сообщение до того, как ты меня догнал, но они не успеют сюда минимум ещё минут двадцать — пробки в центре. — Его взгляд скользнул к часам на стене у меня над головой. — Жаль, что они это пропустят. Но знаешь, они были бы в ярости, если бы я упустил шанс только ради того, чтобы дождаться, пока они найдут парковку.
Реджи поднял руки.
— Ладно, серьёзно. С какого, чёрта, ты решил, что это я устроил тот пожар? — его голос звучал так, будто он окончательно на пределе. — Да, я признаю, я оставил ту дурацкую записку много лет назад. Но на той вечеринке было полно людей, которые ненавидели этих ублюдков. Почему ты не преследуешь их?
