— О, как! — окончательно расслабился король. — У вас, моя дорогая родственница, во дворце завелись шпионы, а я об этом не знаю?
Ольга загадочно потупила глазки и промолчала. Она наездник, и этим всё сказано. Пришлось озаботиться после того, как Серафиму попытались отравить. Покушение не удалось: артефакты на платине сбоев не дают. Отравительницу нашли быстро. Менталисты-дознаватели не зря свой хлебушек с буженинкой кушают. Ольга о происшествии узнала только тогда, когда идиётку уже схватили. Узнала и пожелала присутствовать при вынесении приговора, а потом переговорить с амбициозной стервой. Вопроса, каким будет приговор, не возникало. Эрик позаботится. Венценосные братья удивились, но позволили. Скорее из любопытства, чем из желания потрафить землянке. Если честно, и без неё хлопот полон рот.
Бывшая фаворитка отчего-то решила, что если худородную королевскую подстилку вычеркнуть, то у неё получится отыграть время вспять и занять её место. Разумеется, для начала, вернуть себе внимание Эрика, а потом именно занять место. То есть вписать своё имя в контракт с величеством. Ведь до этого подобной чести никто и никогда не удостаивался. Почти жена короля! Почти королева!
Откуда идиётке знать, что пожелай Серафима, не было бы никакого «почти». Она и от контракта отбрыкивалась долго и упорно. Ей и так было норм. Контракт появился только когда Михаль Эрикович из мечты стал реальностью. Пусть ещё с ноготок, но он уже был. Что незамедлительно обнаружил Трой Дрири и настучал будущему папаше. Серафиму обвешали охранными и оздоровительными амулетами. Ну и мороком окутали, чтоб никто из магов больше не догадался об интересном положении королевской возлюбленной. В этой суете Серафима и не заметила, как подмахнула какую-то бумагу. Бумага оказалась контрактом на временный брак с незакрытым сроком окончания. С безусловным признанием всех детей, рождённых в этом союзе, законными. С соответствующим статусу содержанием и детей, и Серафимы. Все остальные взаимные обязанности и обязательства сторон будут решаться устно, по взаимному согласию. Это был красивый жест. Жест доверия. Сима оценила.
А через несколько дней ей подали чай с отравой. На Серафиме среди прочих было два артефакта, заточенных на распознавание токсинов в критическом количестве. Оба сработали. В один была встроена оповещалка для Эрика, а во второй — для Эльзиса. Эльзис был чертовски заинтересован в благополучии избранницы братика. Во-первых, горя Эрику он не желал. И себе не желал, потому что их братская близость иного не предполагала. А во-вторых, величество номер раз элементарно хотел племянника. Ведь тогда ему самому хлопоты по обзаведению потомством и обеспечению престолонаследия можно будет хоть немного отсрочить.
В малом тронном зале, где оглашался королевский вердикт по делу отравительницы, присутствовали все главы кланов, которые уцелели после репрессий. Ольге по статуту здесь было не место, потому что дарованное право на образование собственного клана она просто игнорировала. За каким бесом ей ещё один головняк?
Но она попросила…
Когда из потайной дверки за троном появилась женщина в мундире наездника, вожди зароптали. Но величества явно не возражали. Пришлось заткнуться и слушать.
— Моё почтение, господа. Полагаю, что все меня знают, — как обращаться к сборищу клановых шишек, Ольга просто не знала. Она не хотела быть невежливой, просто в голову не пришло поинтересоваться. Слишком зла была, слишком взвинчена. — Успокойтесь. Я не посягаю на ваши права, — сказано было так небрежно, что только последний недоумок не распознал бы завуалированное: на кой ляд вы мне сдались. — Я просто хочу взглянуть в глаза твари, которая решила, что может безнаказанно посягать на благополучие моей семьи.
Эльзис не узнавал обычно милую и доброжелательную Ольгу. Чёрный мундир, опасно острый клин темных волос. Не менее острый взгляд. Бледное лицо, алый росчерк неожиданно жёсткого рта.
— Из-за какой-то землянки… — прошелестело в повисшей тишине.
— Да. Землянки. Я тоже землянка, уважаемый. И я пришла предупредить: каждого своего земляка я буду считать родственником, даже если увижу его первый раз в жизни. Обиду, нанесенную землянину, я, Ольга Шенол Вадуд Керон, буду воспринимать как личную. И не думайте, что я рассчитываю на заступничество их величеств, как глав Рода, в который вхожу. Или на поддержку супруга. Сами управимся!
Ольга осознанно нарывалась. Провоцировала. Смотрела в глаза этим разряженным всевластным мужикам и накачивала себя гневом и решимостью. В висках бился пульс, а во рту сохло от адреналиновой атаки.
Отравительница уже выслушала приговор и была жалкой. Злиться на неё в эту минуту не получалось, но задуманное нужно было довести до конца. Потом она пожалеет и, возможно, устыдится, но сейчас в ней всё ещё клокотал дикий страх потерять Серафиму. Хватит утираться. Пора давать сдачи. Да, она провоцировала этих мужчин. Впрочем, это было несложно.
— Да что ты можешь?..
— Я? Да так… По мелочи…
