Мамоко, подавив в себе эмоции, максимально трезво подошла к вопросу, от которого зависело ее будущее – и дала себе срок в десять дней для принятия решения. Родители ничего не знали о предложении Акутагавы, Мамоко находилась наедине с собой, со своими мыслями и желаниями. Она постаралась взвесить все «за» и «против». Аргументов «за» было множество, в том числе и чувства к нему, а «против» - буквально одно, это невероятная популярность Акутагавы в Японии, его статус идола и все вытекающие отсюда последствия. Став его женой, Мамоко попадет под прицел взглядов миллионов людей - те станут следить за каждым ее шагом, слушать каждое ее слово, судить ее за малейший проступок, вся ее жизнь превратится в общественное достояние. Хочет ли она этого?..
В конце концов, она сделала выбор: да, хочет!
Акутагава настоял на быстрой помолвке, желая сразу же официально признать ее своей невестой, и не стал тянуть с датой свадьбы. Великосветские сплетники, сравнивая его предыдущую помолвку с Наталией Харитоновой, отмечали торопливость действий Акутагавы. В случае с Харитоновой он широко разрекламировал свои романтические отношения с русской княжной, добившись одобрения от общественности прежде, чем обручился. С Мамоко его стратегия изменилась, Акутагава не стал организовывать шумную рекламную кампанию, а преподнес свои отношения с представительницей рода Катаи как факт уже свершившийся.
Самой Мамоко пришлось по душе, что Акутагава не стал ухаживать за ней так же, как ухаживал за Наталией – это уязвило бы ее самолюбие – а на все прочее она не обращала внимания. Напротив, даже радовалась тому, как быстро дело идет к свадьбе. Ей хотелось, чтобы их свидания переросли в настоящие супружеские отношения, чтобы его целомудренные поцелуи и сдержанные прикосновения превратились в настоящую близость…
Официант принес аперитив: белое вино.
- Как твои дела? – спросила Мамоко, не стремясь конкретизировать вопрос и сводя его риторике.
- Все хорошо. Жаль только, из-за моей занятости мы не можем видеться чаще, - ответил тот мягко.
Мамоко, тронутая его словами, улыбнулась и с должной скромностью сказала:
- Твоя работа очень важна. Разве можно упрекать тебя в занятости, если ты трудишься на благо общества?
Акутагава протянул через стол руку и коснулся ее ладони. Он посмотрел ей в глаза, и она не осмелилась отвести взгляда, несмотря на сердечное волнение. Мужчина буквально гипнотизировал ее, вызвав в ее душе бурю эмоций и желаний.
«У него самые необычные на свете глаза, - подумала она вдруг. – И у наших с ним детей будут такие же глаза…»
К их столику вновь приблизился официант и Акутагава отодвинул свою руку от Мамоко. Та опустила взгляд, скрывая огорчение – но через секунду уже с изысканным спокойствием говорила официанту, какое блюдо она желает отведать.
Сделав заказ, Акутагава поинтересовался ее делами, связанными с постройкой здания для детского приюта. На эту тему Мамоко готова была говорить сколько угодно и без какой-либо скованности. Видя в своем женихе благодарного слушателя, она увлеклась подробностями своей недавней встречи с главным архитектором, который уже начал возводить здание будущего приюта.
Ее рассказ прервал звонок на мобильный Акутагавы. Извинившись перед невестой, он ответил на звонок. Неизвестно, что он услышал в трубке – но полученная новость заставила мужчину побледнеть и резко вскочить на ноги, едва не опрокинув при этом стол. Мамоко никогда еще не видела его в таком смятении!
- Как такое могло случиться? – вскричал Акутагава голосом, вмиг ставшим низким и пугающим.
Выслушав ответ собеседника, он, круто развернувшись, пулей вылетел из ресторана, забыв про свою невесту. Мамоко проводила его озадаченным взглядом, теряясь в догадках. Кто позвонил Акутагаве? Какие новости тот получил? Неужели стряслось что-то ужасное, раз он пришел в такую ярость? И куда он поспешил уехать?..
Акутагава, стремительно сбежав с крыльца, заскочил в свой автомобиль.
- Свяжись с аэропортом. Пусть подготовят самолет, я вылетаю немедленно. Курс – Колумбия, - приказал он главе охраны, сидевшему рядом с шофером. – И мне нужна вся информация на Фернандо и Рауля Баргос, и как можно скорее!
Автомобиль на огромной скорости вырвался на токийские улицы, направляясь к аэропорту Ханэда. Акутагава вернулся к телефонному разговору. Его собеседник – агент японской разведслужбы, в обязанности которого входила слежка и обеспечение безопасности Юки – все еще находился на связи.
- Ты говоришь, он жив, но в руках бандитов?
- Да, господин Коеси. Судя по всему, его держат в больничном холле вместе с другими заложниками. По предварительным данным боевиков около двадцати человек, они вооружены автоматами и, по заявлениям Фернандо Баргоса, разместили в здании больницы взрывчатку. Если Рауль Баргос с течении двух часов не будет освобожден из-под стражи и доставлен в Пасто, то они начнут расстреливать заложников – по одному в час.
Акутагава бросил взгляд на свои часы, отмечая время.
- Где сейчас содержится Рауль Баргос?
