Кир не представлял, что кто-то сможет проделать с ним нечто подобное! Налетчик в маске за мизерный промежуток времени пересчитал ему все кости в теле, швыряя его то на землю, то на горящий автомобильный кузов. Все удары причиняли кошмарную боль, хотя и не являлись смертельными. Не всякий высокооплачиваемый наемник в мире умеет так изуверски-талантливо выбивать дерьмо из человека! Кир потерял сознание, когда его головой противник пробил стекло в автомобиле.
Очнувшись, он едва не захлебнулся от крови, коей наполнился его рот; отхаркнув кровавую жижу, Кир закашлялся. Его мутило, а картинка перед глазами напоминала пленку старого зернистого фильма. Он сидел на земле, спиной прислонившись к бамперу черной машины, руки за его спиной фиксировали пластиковые наручники-стяжки. Восходящее солнце светило прямо в лицо Киру, ослепляя.
Чья-то фигура заслонила собой солнце.
- Неужели ты лучшее, что смог найти Панов после меня? – прозвучал холодный и в тоже время насмешливый вопрос.
Кир поднял взгляд. Его противник снял маску, демонстрируя свой истинный облик.
- Т-ты? Это ты?.. – прохрипел Кир, не желая верить увиденному. Это галлюцинация! Бред! Не может быть!
Ив, лукаво сверкнув изумрудными глазами, присел на корточки рядом с ним.
- Я ожидал от тебя большего. Неужели этот жалкий порез, - мужчина кивнул на неглубокую рану, - это все, на что ты способен? Ты разочаровал меня. Дерешься как паршивая салага.
От ярости, сдавившей грудь, Киру стало невыносимо тяжело дышать, его заколотило как в лихорадке. Он взирал на безупречно красивое лицо Ива, на язвительную ухмылку, искажавшую его чувственные губы, на длинные черные волосы, забранные в хвост и шелковистой змейкой струящиеся у него по плечу. Перед ним находился далеко не мертвец! И теперь - только теперь! - Кир осознал величину обмана, на который он купился как последний на свете идиот.
- Сукин сын! - выплюнул вместе с кровью он.
Его бессильное ругательство позабавило Ива.
- Бедняжка моя, тебе так хотелось, чтобы я отправился на тот свет! - с такими словами зеленоглазый мужчина поднес к шее Кира армейский нож. – Ты правда полагал, будто я могу так глупо отдать концы? Уж ты-то обязан понимать, как важно удостовериться в смерти врага.
Невзирая на свое безнадежное положение, Кир усмехнулся в ответ:
- Поверь мне, в следующий раз я сделаю все как следует!
- Да ну?.. – ответил Ив так ласково, что у Кира против воли пробежал озноб по телу.
Зеленоглазый мужчина железной хваткой сдавил его горло и занес над ним нож.
Прошло три дня с тех пор, как братья Баргос обосновались в резиденции на границе с Эквадором, а от Ива не было ни слуху, ни духу. Фернандо терялся в догадках – неужели тому так неважен пленник, ради которого Ив пошел на сделку? Разве не приходит Иву в голову, что, покуда он мешкает, Фернандо вполне может прикончить японца и бросить его тело на съедение птицам и зверям?.. Убивать ценного заложника Фернандо отнюдь не собирался, однако наркобарона удивляло легкомыслие Ива.
«Может, он не торопится выйти на связь, потому что хочет запудрить мне мозги? Хочет создать видимость, будто заложник не так уж важен для него! Неужто он держит меня за круглого дурака? Думает, что я до сих пор не раскусил, какая золотая жила оказалась у меня в руках? – строил предположения Баргос-старший. – Вот уж нет, я раскусил тебя! Я тебе не какой-нибудь болван, я сам кого хочешь задурю. Фернандо Баргоса на мякине не проведешь!»
Ожидая звонка от Ива, Фернандо тем временем внимательно следил за выпусками новостей. Всюду только и говорили о дерзком захвате заложников в Пасто и о самоотверженном поведении министров и сенаторов, добровольно принесших себя в жертву. И ни слова о японце! Никто – ни колумбийская пресса, ни заграничная – ни словом не обмолвились о том единственном гражданском лице, которого похитили вместе с высокопоставленными чиновниками. Мацу Югири словно бы и не существовало вовсе! Это необъяснимое молчание в отношении японца только подстегивало в Фернандо уверенность – тот ни кто иной, как птица высокого полета, раз его персона так тщательно охраняется от внимания со стороны прессы!
Сам японец все эти дни находился под неусыпным вниманием врача, специально доставленного в резиденцию. После осмотра, доктор отчитался перед Фернандо: опасности для жизни пациента нет, но обязательно нужно лечение, без которого состояние его здоровья может резко ухудшиться. Баргос-старший распорядился не экономить на медикаментах и медицинском оборудовании. По совету врача, Мацу поместили в одну из комнат особняка - так как оставлять его в холодном и сыром подземелье, где содержались прочие заложники, было опасно. В комнате же имелось все для комфорта: широкая мягкая постель, туалет и ванная, а так же кондиционер, регулирующий микроклимат в помещении. Так как заложник, несмотря на неважное самочувствие, оказывал сопротивление и отказывался от капельницы, врач счел необходимым постоянно держать того под действием снотворного.
