– Мистер К. Гиббонс, да? – Он взглянул на монитор и увидел, как старикан вертит головой в разные стороны. – Что же вам надо, мистер Гиббонс? Что вам надо?
Джо уже дозвонился и вовсю жаловался на то, что какой-то тип нахамил ему, назвавшись агентом ФБР. Так вот, хотелось бы знать, в самом деле ли этот парень «Гибсон» – агент, и какого черта он тут шляется, и что все это вообще значит. Д'Урсо ухмыльнулся и ободряюще кивнул. У Джо получалось вполне убедительно.
Д'Урсо снова взглянул на видеомагнитофон, затем перевел глаза на якудза – проверить, не рыпается ли тот. Парень стоял, не шевелясь, но рукоятка пистолета все еще торчала у него под мышкой. В полутьме металл блестел, как голова змеи. Д'Урсо поднял глаза, посмотрел на Гиббонса, который как раз хрустнул суставами пальцев, и пригладил волосы на затылке. Он обдумывал ситуацию со всех сторон, напряженно обдумывал.
У Д'Урсо был просторный кабинет, но Нагаи там не хватало воздуха. Он зажег сигарету, сделал пару затяжек и загасил ее в пепельнице из красного венецианского стекла, стоявшей на кофейном столике хромированной стали с дымчатой столешницей. К горлу подступала тошнота. Кой черт попутал Д'Урсо? Как он мог допустить такое? Агент ФБР проник сюда, на территорию, а Д'Урсо позволил ему уйти! При одной мысли об этом Нагаи ощущал болезненный спазм в желудке. Хамабути не станет обвинять Д'Урсо – Хамабути обвинит его, Нагаи. Тот парень был тут, он все видел, и Хамабути, наверное, уже знает. Нагаи судорожно вздохнул, подавляя позыв к рвоте. От проклятой вони с нижнего этажа сделалось еще хуже. Снизу доносился скрежет конвейера, и Нагаи живо представлял себе, как продвигаются по цехам тысячи липких тушек. Куриное дерьмо в клетках, куриная кровь и потроха – всюду, куда ни глянь. Нагаи опять стало дурно. Он сложил руки на груди, ущипнул себя за нос и сидел тихо-тихо, не шевелясь, глядя прямо перед собою на экран телевизора, где тот человек в черном плаще снова и снова взламывал багажники автомобилей. Нагаи уже в третий раз просматривал запись. О чем думал этот чертов Д'Урсо, позволив мужику уйти? Так-то он собирается вести дела в будущем, когда они станут работать самостоятельно? Черта с два они станут!
Д'Урсо сидел слева от него на сером бархатном диване, положив ногу на ногу и охватив колено сплетенными пальцами. Франчоне пристроился на подлокотнике, нагнувшись к свояку. Казалось, они смотрят хренов фильм и то, что творится на экране, ни чуточки их не касается. И что теперь делать с этой дурацкой пленкой? Тот паренек был готов разобраться на месте, но Д'Урсо остановил его. Поганый кретин. Лучше бы парень его не послушался. Лучше бы он убил этого фэбээрщика. Но Хамабути не станет обвинять паренька, которого послал ко мне, не станет обвинять и людей Антонелли. Нет, он возложит всю вину на меня – и будут неприятности. Чтоб им всем провалиться.
Нагаи взглянул на Д'Урсо. Тот был совершенно невозмутим. Какого хрена он так себя ведет? Агент ФБР на экране почесал в затылке и выпрямился, потом посмотрел прямо в камеру, и его безобразное лицо сморщилось. Будь он проклят. Он уже должен бы быть мертв. Мертв.
– Его зовут К. Гиббонс, – сказал Д'Урсо. – Так на визитке значится. – Д'Урсо показал визитную карточку, ту, что агент ФБР вручил Джо.
Нагаи взглянул на карточку, потом поднял глаза на Д'Урсо.
– До сих пор не могу понять, почему вы его не убили. У вас была такая возможность. Мой человек был готов это сделать. Почему вы остановили его? – Нагаи хотелось кричать на Д'Урсо, но просто не было сил.
– Нагаи, я пытался тебе объяснить, но ты и слушать не хочешь. У меня возникла дурацкая мысль, что мы можем подставить Антонелли, сделать так, что ФБР заметет его вместе со всеми рабами, и у нас, когда мы начнем, не будет конкуренции. Однако же потом я поразмыслил над этим. Ничего не выгорит. Я сам слишком замешан. На меня выйдут раньше, чем на Антонелли. Мысль вообще-то неплохая, но она не сработает.
– Так что ж мы тут сидим и смотрим телевизор? – Нагаи махнул рукой в сторону двадцатипятидюймового «Сони». – Надо найти мужика и убрать его, пока он не заговорил.
Франчоне забулькал, как неисправная батарея, плечи его затряслись.
– Ну, Нагаи, не знаю, как у вас в Японии, но тут ты не можешь стрелять федеральных агентов просто так, за здорово живешь. Стрелять копов нехорошо. Копы очень переживают, если кого-то из них пристрелят. И начинают закручивать гайки.
Мистер Всезнайка. Панк-недоумок.
– Я бы с радостью пристрелил тебя, панк. Мы не побоимся пристрелить копа, – пробормотал Нагаи по-японски.
Д'Урсо поставил ноги на пол и наклонился вперед, подняв ладони.
– Я знаю, Нагаи, ты сходишь с ума, но послушай меня. Мы бы все равно не могли прикончить этого мужика здесь.
– Почему?
– Думаешь, в конторе, где тот мужик служит, не знают, куда он пошел? Не явись он на работу денек-другой, они бы стали его искать и вышли бы на склад автомобилей. Вот тогда бы мы по-настоящему влипли.
