Плохие дети полностью

– Бога ради, это же просто дневник! Он не обязан записывать там все до малейших деталей.

– Не знаете, он уже дома? – поинтересовался Янь.

– Выписался из больницы вчера.

– Можете ему позвонить от моего имени?

– Что вы хотите узнать? – насторожился Е.

– Только одно: копал ли он землю в могиле отца.

– Это так важно? – спросил Е.

– Ну конечно, важно! – воскликнул Янь.

Е набрал домашний номер Чжу Чаояна и переключил телефон на спикер. Ответила Чжоу Чуньхун. Капитан попросил позвать Чаояна, а когда тот взял трубку, задал вопрос профессора Яня. Повисла пауза.

– Я копал землю… и увидел ногу… Мне стало страшно, – наконец ответил мальчик.

– Зачем тебе понадобилось копать землю? – спросил Янь, наклоняясь к аппарату.

– Я хотел на него посмотреть.

– Зачем ты поехал на кладбище в тот день?

– Я… я хотел увидеть отца… в последний раз.

– То есть у тебя не было никаких других причин поехать туда?

Тон Яня стал угрожающим, и Е многозначительно посмотрел на него, словно говоря, что так не разговаривают с ребенком, перенесшим психологическую травму.

В трубке снова стало тихо.

– Я… у меня не было никаких других причин, я просто хотел его увидеть. – И Чаоян разрыдался.

Чжоу забрала у сына трубку и сказала, что он до сих пор очень переживает и вопросы ему лучше задать лично – если это необходимо. Е извинился за то, что потревожил ее сына, завершил звонок и с упреком уставился на Яня.

Тот казался пристыженным, но не убежденным.

– Он ответил на ваши вопросы. Подозревать его нет причин.

Е помолчал, а потом требовательно спросил:

– Скажите, что, по-вашему, он сделал?

– Это может показаться жутковатым, особенно с учетом его возраста. Но в конечном итоге кому оказались выгодны все эти смерти?

– Да, кому?

– Чжу Чаояну! – воскликнул Янь. – Теперь он унаследует львиную долю состояния Чжу Юнпина.

– Но Чаоян его не убивал. Он не желал отцу смерти.

– Отставим на время эмоциональную сторону произошедшего. С финансовой точки зрения он получил больше всего выгод от смерти отца.

– Но какое отношение это имеет к откопанной ноге?

– Если б ее не заметили, тела много месяцев пролежали бы в могилах. Вы согласны? – спросил Янь.

– Посетителей на кладбище немного. Их могли найти, только когда могилы решили бы использовать.

– Чжу Юнпин с женой считались бы пропавшими без вести. В отсутствие подтверждения смерти Чаоян не получил бы наследства. Фабрика продолжала бы работать, и семья Ван отхватила бы в ней свою долю. Чаояну мало что досталось бы.

Е покачал головой.

– Чаояну пришлось раскопать землю, чтобы кто-нибудь нашел тела, а он получил бы свидетельство о смерти. Только так он мог добраться до отцовского наследства, – заключил Янь.

– Это абсурд! Он всего лишь ребенок!

– Это моя гипотеза. – Янь пожал плечами. – Никогда не знаешь, о чем думает другой человек, не правда ли?

– Даже если он об этом и думал, что такого? Все люди алчны. Его отец умер – тут уж ничего не изменишь.

– Но если он думал об этом, то все ваши предположения насчет этого дела ошибочны, – с легкой улыбкой сказал Янь.

– Не понимаю, – ответил капитан.

– Если Чаоян намеренно откопал ногу отца, чтобы тело нашли, то речь уже не просто о препятствовании следствию. Мы не можем быть уверены, что Юэпу спланировала убийство, – это мог сделать сам Чаоян. Значит, нам надо пересмотреть наши предположения.

– Но он же поехал на кладбище после того, как узнал, что его отец с женой погибли. Он не думал о наследстве до того, как отец был убит.

– Дневник – дело личное, и автору нет смысла что-то скрывать от самого себя. Можно ожидать, что он будет записывать то, что для него особенно важно. Если он наложил лапу на наследство, но ни словом об этом не упомянул, можно сделать вывод, что дневник выдает не все его мысли. То есть Чаоян писал его не для себя, а для вас. Для полиции.

Е вытаращился на Яня.

– Две вещи в этом дневнике кажутся мне подозрительными, – продолжал тот. – Во-первых, он слишком подробный. Я составил полное представление о его жизни за последние шесть месяцев, прочтя его всего лишь раз. Там указываются вещи, которые Чаояну не надо себе объяснять. Зачем он пишет, кто такие Дин Хао или Ван Яо? Во-вторых, он подробно описывает разные повседневные дела, а в день, когда находят тело отца, набрасывает лишь несколько фраз. О разделе отцовского имущества упоминает одним предложением. Это же самое важное событие в его жизни за последнее время, но он практически ничего о нем не говорит!

– Может, смерть отца так его травмировала, что он не хотел об этом писать? – предположил Е.

– Да, но есть и другие вещи, которые он скрывает. Мне думается, семья Чжу предприняла кое-какие шаги, чтобы завладеть бо́льшими средствами, чем им полагалось. Почему он не пишет об этом? Не могу утверждать с уверенностью, но, скорее всего, напиши он правду, мы узнали бы, что собственность поделена нечестно.

Янь перевел дыхание и продолжил: