Плохие дети полностью

– Я бы добавил еще две вещи. Во-первых, умерли девять человек, так или иначе связанных с Чжу Чаояном. При этом ни одно из этих убийств не связано с ним напрямую. Во-вторых, в момент, когда Чжан почти реализовал свой план, его зарезал мальчишка, которого он только что отравил. Вы еще можете принять это за чистую монету, но я-то знал Чжан Дуншэна! Он никогда не допустил бы, чтобы его собственный нож был использован против него.

– Так вы думаете, что Чаоян написал целый дневник заранее и специально позволил полиции прочитать его?

– Да, это моя гипотеза. Столько людей умерло – а мы полагаемся только на его версию событий…

Е пролистал копию дневника, качая головой.

– Не мог он все это придумать! Тут слишком много подробностей. К тому же тут есть куски, где говорится о его внутренних переживаниях.

Янь был согласен с Е в том, что вряд ли дневник полностью сфабрикован. Для капитана это все решило.

– У вас могут быть подозрения, но это не доказательства. Надо быть ясновидящим, чтобы такое придумать. Он должен был заранее знать, что Чжан попробует отравить их, что яд будет в газировке, что Дин Хао попытается ударить Чжана ножом, что Дин Хао и Ся Юэпу умрут, а он один останется в живых. Чжан ведь не сказал бы Чаояну, где яд, так?

– Вы правы, – кивнул Янь. – Чжан никому из них не сказал бы, что яд будет в газировке. С позиций логики у меня больше нет причин подозревать Чаояна.

Е выдохнул с облегчением. Мысль о том, что дневник мог быть написан специально для полиции, испугала его. Как мог тринадцатилетний ребенок проявить столь злонамеренную предусмотрительность?

– Вы вернули ему дневник? – спросил Янь.

– Нет, он хранится здесь, в участке. В сейфе для вещдоков. Чаоян согласился пока оставить его у нас.

– А можно мне взглянуть на него?

– Он ничем не отличается от копии, которую вы прочли.

Янь обезоруживающе улыбнулся.

– Мне просто хотелось бы посмотреть на оригинал.

– Ладно, – сказал Е. Он сделал короткий телефонный звонок, и младший офицер внес дневник в кабинет.

Янь тщательно его изучил. Страницы выглядели старыми и были так пропитаны чернилами, что слегка коробились. Ошибки и кляксы были такими же, как на копии. Янь слегка повернулся и повысил голос, чтобы замаскировать негромкий звук, который собирался произвести.

– Чаоян, наверное, очень прилежный ученик, раз столько месяцев поддерживал привычку вести его. Тут не меньше двадцати тысяч иероглифов!

– Он – лучший в своем классе и во всей школе. Самый дисциплинированный школьник, какого я видел.

– Тогда это все. Спасибо, – сказал Янь, возвращая дневник младшему офицеру.

Тот взял его – и внезапно вздрогнул всем телом.

– Ой! Куда делся уголок страницы?

Он показал дневник капитану Е – уголка второй страницы действительно не хватало.

– Так уже было, когда я его взял, – сказал Янь.

– Ты порвал его, пока нес сюда! – закричал Е, глядя на своего помощника. – Как можно быть таким растяпой? Если такое еще хоть раз повторится, пеняй на себя!

Напуганный офицер поспешно вышел из кабинета. Янь почувствовал себя немного виноватым.

– Я хотел попросить еще об одном одолжении. Можно мне поговорить с Чаояном лично?

– О чем это? – Е прищурился.

– Я не буду нападать на него, обещаю. Если хотите, можете присутствовать.

1 сентября

Чаоян с матерью приехали в полицейский участок. Поскольку это не был официальный допрос, Чжоу села подождать в пустой переговорной, пока Янь задаст мальчику несколько вопросов.

– Здравствуйте, дядюшка Е, – вежливо поздоровался Чаоян.

Капитан улыбнулся и налил ему стакан воды. Мальчик явно очень ему нравился. Чаоян вгляделся Яню в лицо и, похоже, узнал его.

– Вы преподаватель математики, так ведь?

– Да. Мы уже встречались, – мягко сказал тот. – Соболезную твоей утрате.

Янь объяснил, что заходил к Чжан Дуншэну, когда Чаоян находился там.

– Круто было, когда вы заметили ошибку в том уравнении.

– Ты тоже отлично себя проявил. Я-то решаю уравнения каждый день, и неудивительно, что я заметил ошибку. А вот ученик средней школы, решающий задачи для старшеклассников, – это действительно круто! – Янь покачал головой. – Когда я тебя увидел, то и правда подумал, что ты ученик Чж…

Е громко закашлялся, намекая Яню не действовать так прямолинейно. Профессор улыбнулся.

Лицо Чаояна чуть заметно омрачилось. Он сменил тему:

– Вы преподаете в университете?

– Да.

– В каком именно?

– В Университете Чжэцзяна.

– Вот это да! – восторженно ахнул мальчик. – Я очень хочу изучать там математику. Мечтаю туда поступить!

– Посмотрим, как ты сдашь экзамены, – негромко ответил Янь. – Мне надо задать тебе вопрос по делам, в которых ты оказался участником. Я прочел твой дневник и хотел спросить: как Ся Юэпу убедила Чжан Дуншэна убить твоего отца с женой?

Е снова закашлял, но Янь проигнорировал его, сосредоточившись на реакции Чаояна.

– Но я уже говорил полиции. Я не знаю, как она это сделала, – сказал тот, не поднимая глаз.

– Она тебе не рассказывала?

– Юэпу… Юэпу рассказала, что случилось с моим отцом… уже после. Наверное, они с Дин Хао пригрозили Чжан Дуншэну, а потом как-то его уговорили. Но как именно, я не знаю.