— Приветствую тебя, четвертая радость моей жизни! — улыбнулся Майк, когда она вошла, и в третий раз со дня их знакомства запечатлел на ее щеке легкий поцелуй.
Пернел, конечно, польстило, что она «четвертая радость» — это после жены и детей, — но, не чувствуя за собой никаких добрых дел, она все же несколько удивилась:
— А что же я такого хорошего сотворила?
— Ну, ты же понимаешь — я всю голову сломал, все ищу, как спасти фирму. И тут в воскресенье вспомнил вдруг, что ты мне однажды сказала. Сначала я это всерьез не принял. А теперь подумал: может, ты и права? Почему бы нет? Надо попробовать. Я считал, пересчитывал — вполне реально!
— Что — реально? — Пернел никак не могла взять в толк, о чем речь. — Что я такое выдала?
— Да только то, — рассмеялся Майк, — что мне нужно обратиться в банк... или там фирму... покрупнее. Помнишь? В конце-то концов, на что у нас здесь, в Лондоне, плавает крупная финансовая рыба? А если клюнет? Давай-ка закинем крючки и сети!
Пернел, разумеется, почувствовала себя ответственной за успешное претворение в жизнь своей идеи. Правда, она плохо помнит, что она там «посоветовала», но сейчас это уже неважно. За неделю они, так или иначе, обзвонили многие фирмы — везде им предлагали изложить суть дела в письменной форме.
Теперь приходилось трудиться одинаково напряженно и на работе, и в новом доме. Потому она и отказалась от приглашения Криса Фармера, знакомого ей через одного приятеля, сходить куда-нибудь в четверг: сейчас ей не до свиданий.
К пятнице она почти закончила оклеивать обоями и красить гостиную. В тот же день Майк Йоланд с надеждой просматривал поступившую почту: в основном подтверждали получение письма; лишь одна фирма посулила «рассмотреть на совете директоров».
— Пожалуй, пройдет много месяцев, пока кто-нибудь соизволит дать определенный ответ, — печально оповестил он Пернел.
— Естественно, сумма ведь довольно значительная, — попыталась она утешить.
— Это для нас — значительная, для них-то гроши!
И вдруг попросил ее... не опаздывать в понедельник на работу, быть ровно к девяти. Да она еще никогда, ни разу... но Пернел сразу простила хозяина — туго ему приходится. А он продолжал, уже виновато:
— Понимаешь, раненько — совещание с бухгалтерами. Потом из лондонской фирмы Эдгарса обещали позвонить — именно в понедельник...
— Я приеду к восьми сорока пяти, — с улыбкой пообещала Пернел.
Когда в полдень зазвонил телефон, нервы у нее были напряжены не меньше, чем у Майка. Это Крис Фармер, снова просит о встрече. Пожалуй, небольшая разрядка ей не помешает. И она согласилась, с гордостью сообщив, что живет теперь в Чамлей-Эдж.
Неделя и впрямь оказалась страшно напряженной. Помимо обычных обязанностей Пернел выполняла еще и миссию психотерапевта, тратя массу сил и нервов, чтобы не дать Майку свихнуться. Но теперь все позади, — как только показались окраины Чамлей-Эдж, и стресс, и все заботы как рукой сняло. Вот чудо! Ощущая, что уже отдыхает — от одного вида этой красоты, — девушка медленно вела машину вдоль тихой, зеленой деревни. Не торопясь подъехала к себе, устало вышла, с усилием открыла ворота... Пока ставила у дома машину и закрывала ворота, силы постепенно возвращались к ней. Как чудесен ее милый маленький коттеджик!..
Много позднее, уже в половине двенадцатого, Пернел обозрела плоды своих трудов. Гостиная, наконец, полностью приведена в порядок. Ей уже приходилось раньше помогать матери в подобных делах, но здесь, в ее собственном доме, все сделано совершенно самостоятельно. Право же, ей есть чем гордиться! Обои она выбрала (и наклеила, между прочим, почти профессионально) бледно-зеленые, с такими же деликатными розовыми полосками, — стиль эпохи Регентства. В понедельник привезет ковер на пол — светло-зеленый. С ним отлично будут сочетаться розоватые гардины, перевязанные шнурами зеленого шелка. Новая мебель ей пока не по средствам, но мама отдала их шикарный широкий диван: со своей чуть переливающейся розовато-бежевой обивкой, он смотрится здесь как специально подобранный. А теперь спать, спать, спать...
Утром, чуть свет, она была уже на ногах и с новыми силами принялась за обои на кухне, поглядывая в окно. День обещает быть жарким, но вон там, вдали, клубятся тучи, — наверно, без дождя не обойдется... Обошлось, однако, но тучи сгустились совсем с другой стороны: прибыл сосед — шаги ясно раздаются в комнате рядом. Уже второй подряд приезд за последнее время! Зато есть надежда, что потом наступит перерыв. Пернел тут же улыбнулась своей дерзкой мысли: может она выдерживать его постоянное присутствие или нет, от нее все равно ничего не зависит. И, увлеченная работой, только двадцать минут седьмого вспомнила вдруг: у нее же в семь свидание с Крисом Фармером! Вихрем слетев со стремянки, помчалась в ванную: принять душ, вымыть волосы, привести в порядок ногти — все успела. За минуту до назначенного времени, уже одетая — к счастью, под руку попалось прелестное шелковое платье теплого красного цвета, — девушка выглянула из окна спальни: Крис как раз только что подъехал к воротам.
