Р' захватывающем мире Темных Охотников появляется нечто ошеломляющее и тревожно новое — этот мир никогда уже не будет прежним… Фанг Катталаксис не просто волк. Он брат РґРІСѓС… самых влиятельных членов Омегриона: правящего совета, следящего за соблюдением законов вер-охотниками. Р
Моим читателям, которые были со мной и кто просил о книге про Фанга в течение прошлых пяти лет. Никогда я не чувствовала себя ближе к братьям Каталаксис, чем сейчас. Я, наконец, готова говорить о Фанге и показать всю глубину его характера и красоту одного из моих любимых волков.
НАЧАЛО ВЕР-ОХОТНИКОВ
Задолго до того, как зародилась письменность, жил один смелый король. Он отказался подчиниться указу греческих богов. Как многие до него и после, король совершил ошибку, влюбившись в самую красивую женщину своего королевства. Женщину, улыбка которой заставила его кровь кипеть.
Он не знал, что она наделена одним из самых темных проклятий. Из-за преступления ее предков против греческого бога Аполлона, более чем за две тысячи лет до рождения женщины, ее народ был проклят, жестоко умирать в двадцать седьмой день рождения. Это была тайна, которую она хранила до того дня, когда, как и все представители рода Аполлитов, не начала рассыпаться и умирать.
За двадцать четыре часа из красивой, молодой женщины она превратилась в старуху, а потом в пыль. Ликаон был опустошен от потери любимой, но хуже этого, было знание того, что скоро, его собственные сыновья присоединятся к своей матери и умрут. Как и их мать, они бы умерли не за что.
Не в состоянии вынести такую несправедливость, он воспротивился богам. Он не будет стоять в стороне, и наблюдать, как его дети умирают. Никогда.
Той же ночью, он обратился к самой темной и сильной магии, чтобы соединить гены людей его жены с генами самых сильных животных. Волки, шакалы, львы, тигры, пантеры, ягуары, гепарды, медведи, ястребы, леопарды, даже дракон — те немногие, которых он выбрал для спасения своих детей.
Когда его эксперименты закончились, он создал совершенно новый вид. Больше чем человек, больше чем Аполлит, не животное, они были чем — то другим. Эксперименты превратили двух его сыновей в четыре отдельных существа. Два существа, с сердцем животного, кто жил как животное при свете дня. И два с человеческим сердцем. Днем, человек был их основной формой. Это было подарком для них. Так и родилось их новое проклятье.
От расы их матери — Аполлитов, они унаследовали магические и психологические способности. При вмешательстве своего отца, днем они находились в своей основной форме, или человека или животного, а ночью могли принимать свою вторую сущность. Человек становился животным, а животное человеком. Под светом полной луны, когда их возможности были наиболее сильны, даже законы времени или физики не властвовали над ними.
С того самого дня, и дальше, в течение многих столетий, они жили неуязвимые для проклятия Аполлона. Боги не возрадовались. Они потребовали, чтоб король уничтожил всех существ, которых создал. Как отважился он, простой смертный, перечить их воле? Но король отказался.
— Я не позволю моим детям страдать за Ваше тщеславие! Вы все можете умереть, меня это не волнует!
В то время, когда его дети спаслись от проклятия Аполлитов, боги подарили им новое. Ни один из представителей их вида, никогда не сможет выбрать себе пару самостоятельно, только Мойры могли назначить их.
И никогда не будет мира между животными Катагария и человеческими Жителями Аркадии — Аркадианцами, которых создал король.
Вечные враги, две расы стали известны как Вер-Охотники, потому что каждый из них охотился на другого. В течение времен, они сражались и уничтожали себе подобных. Вечная злость. Более того, они стали источником пищи для своих же собратьев, Даймонов, которые нуждались в душах, чтобы жить после их двадцать седьмого дня рождения.
Нет мира. Нет помощи. По воле богов, их судьба — существовать страдая.
До сегодняшнего дня последние два, оставшихся в живых, убивают друг друга.
Такого было пророчество.
И не было ни кого, страдающего больше чем те, что носили имя прямых потомков короля. Те, кто носил фамилию Катталакис…
Январь, 2003
Санктуарий, Новый Орлеан.
Фанг Каттлакис поднял глаза, чтобы посмотреть, кто заблокировал его стильный байк «KawasakiNinja», и увидел Кигана, который рассматривал трехэтажное здание красного кирпича, находившееся на другой стороне улицы.
Щенок только достиг половой зрелости — около тридцати человеческих лет, но для своего вида и возраста Вер-Охотника, Кигану было около шестнадцати человеческих лет. Это значило, что он был так же легковозбудим, как и подросток.
Одетый в черную кожу, защищавшую его во время езды на мотоцикле, Киган почти выпустил свой байк, стремясь посетить знаменитое Убежище, которое принадлежало семье медведей.
Фанг раздраженно вздохнул и прикрепил свой шлем к рюкзаку.
