— А вы действительно умеете слушать.
— Только по удачным дням.
— И Бен такой же. Хороший слушатель. В общем, я участвовала в эксперименте где-то месяц, и в итоге он все-таки пригласил меня в ресторан. Не нагло, а скорее по-отечески. Или по-дружески. Хотел выяснить, понравилась ли мне работа. Пригласил в «Плющ» на побережье, вел себя как настоящий джентльмен, стремился узнать меня поближе как личность. Мы действительно хорошо провели время, хотя я не почувствовала никаких искр между нами. И когда — здесь тоже без кармы не обошлось — мы вышли из ресторана и ждали, пока служащие подадут его машину, подъехала другая машина — великолепный темно-коричневый «бентли-азур». Из нее вышел пожилой мужчина, первоклассно одетый, ухоженный. Только я в основном смотрела на машину, потому что такие не часто встречаются — с водителем, с хромированными колесами, покрытые миллионом слоев лака. Но Бен уставился на мужчину, вышедшего из машины, потому что он его знал. А тот, другой, знал Бена. Они начали обниматься, целоваться, и я подумала, что все-таки была права — мой начальник и вправду голубой. И вдруг Бен сказал: «Шерил, это мой отец, Тони», а тот, другой, поклонился, поцеловал мне руку и произнес: «Я вами очарован, Шерил. Меня зовут Марк Энтони Дьюк». Это меня шокировало. Потому что, как только я услышала имя, тотчас же вспомнила и лицо. И я никогда бы не подумала, что кто-то вроде Тони знает кого-то вроде Бена, тем более окажется его отцом. Бен даже фамилию Дьюк не использует — он взял настоящее имя их семьи. И он совершенно не такой, как Тони. Совершенно. Нельзя найти двух более непохожих людей.
Она остановилась перевести дыхание. Облизнула губы, расправила плечи и выпятила грудь.
— Вот так я повстречалась с Тони и, наверное, произвела на него впечатление, потому что на следующий день он позвонил. Сказал, что спросил у Бена разрешения. Ловкий трюк, правда? Он пригласил меня в ресторан, а следующее, что я помню, — это как мы летим в Акапулько. В общем, я не чувствовала под собой ног от счастья.
— Здорово, — сказал я.
— Да уж. А теперь вы мне что-нибудь расскажите. Только честно, ладно?
— Ладно.
— Уверена, когда я вам сказала, что была женой Тони, вы подумали, будто я ему позировала и так мы познакомились. Вы решили, что я была «Угощением месяца», так ведь?
— Не совсем.
— Нет, не обманывайте, — произнесла она, хлопнув меня по руке. — Все так думают. И это нормально. Но Тони всегда говорил, что я была его особенным угощением. Знаете, ведь я единственная женщина, у которой от него родились дети, с тех пор как умерла мама Аниты и Бена. Я родила ему красивых детей.
— Просто восхитительных.
Ее пальцы пробежались по моему запястью.
— Вы очень милый. Так какими инвестициями вы занимаетесь?
— Я владею кое-какой недвижимостью.
— И как, прибыльное дело?
— Мне хватает.
— Понятно, тем лучше для вас. И время есть для отдыха. Вы — интеллектуал, сразу видно. У меня нюх на людей. Что еще, кроме плавания на лодке, вы делаете, чтобы развлечься?
— Немного играю на гитаре.
— Обожаю музыку. У Тони нет слуха, и все равно он притворяется поклонником музыки. Для вечеринок приглашает лучшие группы. На последнюю мы чуть не заполучили «Каменную команду».
— Похоже, у вас там что-то невообразимое на вечеринках происходит.
— Иногда, — кивнула Шерил. — Бывало, приходило до тысячи незнакомых людей, чтобы набить животы, да еще проститутки из журнала, сующие свои сиськи в лицо Тони. Иногда это приурочивалось к благотворительному событию, и тогда Тони приглашал умственно отсталых или жертв пожаров. Слава Богу, больше мне не заниматься всем этим.
— Из-за развода?
— Не только. Тони завязал с вечеринками.
— Почему?
— Времена меняются. — Отпустив мою руку, она отломила еще один кусочек рогалика. — Я точно лопну.
— Вряд ли. А Бен действительно оказался геем?
Шерил посмотрела на меня.
— А кого это волнует?
— Я так, поддерживаю беседу.
— Нет, он не голубой. Он просто этим не занимается. Как священник.
— Асексуал.
— Да, такие тоже встречаются.
— Разнообразие — вещь в жизни необходимая. Без него было бы скучно.
Она улыбнулась.
— А вы любите разнообразие?
— Жить без него не могу.
— Я тоже… Раз нам обоим так нравится разнообразие, может, встретимся как-нибудь еще разок?
— Когда? — спросил я, касаясь ее щеки.
Шерил отодвинулась. Улыбнулась.
— Может, прямо сейчас?.. Я шучу. Нужно вернуться и накормить детей до того, как меня обвинят в небрежности. Но если однажды вы будете проплывать на своем маленьком каяке, а я
— Заманчиво, — произнес я.
Шерил вынула из сумочки органайзер, написала телефонный номер и вырвала страницу.
— Мой личный мобильный телефон.
— Чувствую себя привилегированной особой, — сказал я, убирая листок.
Она пододвинулась, взяла мое лицо руками и поцеловала в губы.
— Вы были великолепны, Алекс. В последнее время меня мало кто ценит. До свидания.
Итак, моя гипотеза подтвердилась.
