Бычок ходил вокруг, наблюдая за обстановкой. Мири чувствовала себя защищенной. Когда получилось освободить руки, дела пошли быстрее. Она срезала остатки бечевки, и помчалась к связанному Румару.
— М-м-м, а ведь это даже немного заводит, — промурлыкал Тоомаш, ехидно поглядывая на Мири, прикусив губу. Быстро же его отпустило!
Мири приложила лезвие к его горлу.
— Милый Тоомаш, я же могу тебя и не отвязывать!
— Прекращай, это работает совершенно не так, а будоражит воображение еще сильнее. Я даже могу в красках описать ощущения. Когда нет необходимости сдерживаться. Ролевые игры, моя слабость, эх…
— Заткнись.
Мири повисла на товарище, чтобы дотянуться до его рук, но роста немного не хватало. Будь бы она чуть повыше…
В этот момент Румар подался вперед и впился в нее страстным поцелуем.
Да, что может быть романтичнее, чем первый поцелуй от связанного в жутком лесу парня, который только что сливался в объятиях с жирненьким демоном? Кровь Тиура ощущалась на губах до сих пор. Может, Румар просто хотел перебить это мерзкое воспоминание чем-то приятным? Вот наглец!
Мири мысленно возмутилась, но не отпрянула, а наоборот, обхватила Румара руками. Правда, чтобы не упасть, под ногами было очень скользко.
— Ты готов был пожертвовать собой…? Мне говорили, что ты неадекватно самоотверженный. Но я все равно удивлена.
— И не очень умный.
— Да, особенно, если подумать, что в этом лесу ночью обитает, а оружия у нас нет, а ты вообще связан и не торопишься на свободу.
— Да, точно. Поторопись же и спаси нас, мудрая дева! — наигранно серьезно изрек Румар, чем вызвал у Мири усмешку. Он неисправим!
— Так точно!
Мири поудобнее схватила нож и яростно накинулась на веревки. Вдруг демон вернется?
Хотя, избитый быком, он вряд ли будет опасен.
Но Мири не могла перестать думать о его природе. Он сможет восстановиться? Как он займет другое тело? А может ли он вселяться не только в людей? Если Тиур вообще выжил, а не помер в какой-нибудь канаве от кровопотери. Он же может умереть?
Да по любому может, иначе бы так бодро не менял тела, страшась одной лишь мысли постареть.
Разорвав последний узел, Мири довольно заулыбалась, и Румар обнял ее.
— Злой цветочек, ты великолепна! Готов это повторить в более уютной обстановке.
— Отстань, не время! — Мири оттолкнула Тоомаш и подхватила телефоны.
— Напишем что-нибудь Дагмару?
— Да. Пусть берет Лиру и Тамари, инвентарь, и едут сюда. Для них тут работы накопилось. А потом — в Бродку. Ты же туда направлялась?
— Так значит, это еще не конец?
— Ты же не на свидание к этому демону шла, не так ли? — наигранно строгий взгляд товарища веселил. Но Мири сдержалась, чтобы подыграть. Она потупила взгляд. Провела по плечу Румара рукой.
— Ты все-таки скажешь это?
— Скажу.
— Прям вслух? С этой самой миной лица?
Тоомаш выпрямился, упер руки в бока и набрал побольше воздуха в грудь. Ехидно посмотрел на Мири.
— А я говорил? Говорил тебе, что мне не нравится этот мутный хрен? А что ты мне сказала? Что я ревнивая сволочь и лезу не в свое дело. Так вот. Да, я такой! Ревнивая сволочь с развитой интуицией. Все, выговорился, мы можем идти за твоей коровкой…
— Точку на карте для них отметил?
— Отметил…
— Все объяснил? — не унималась Мири. Конечно, столько улик убийства в лесу не могло не беспокоить. Особенно, когда ее могли обвинить в этом преступлении. Мама такое не переживет!
Румар красноречиво покосился на спутницу.
— Цветик, ты думаешь, у нас такое в первый раз?
— Чего? Не в первый?
Румар насмешливо фыркнул:
— Ситуация с приборкой довольно обыденна, девочки разберутся, а Дагмар их проконтролирует. По утру они уничтожат вещи и документы, избавятся от машины и утилизируют тело, если оно по близости где-то валяется.
— А если тело не найдут? — волновалась Мири. Ей бы это невозмутимое спокойствие Тоомаш.
— Значит, оно найдется чуть позже, когда мы поедем отстреливать нежить. Видела, как его покромсало? Такое тело не пригодно для жизни. Знаешь, я бы в эту тушу всадил целую обойму, не пожалел бы патронов. Чисто ради удовлетворения. Поэтому даже хочу, чтобы эта жирная дрянь восстала нежитью!
— Но тело — не Тиур. Это какой-то несчастный бедолага, который владел телом до вселения в него демона. Парень и так настрадался. А сам Тиур будет где-то в другом месте.
— А мне пофигу! Это приятно, а остальное не важно.
«Понять и простить» — подумалось Мири. Осуждать Румара она не могла, он действительно повидал некоторое дерьмо, и не без помощи Мири. Но этот матерый котяра знал, что нужно делать в таких ситуациях, поэтому она попыталась расслабиться и довериться опытному товарищу.
Бычок брел впереди, в ночной тьме он казался синим, а не белым. Иногда цеплял рогами сучья, принюхивался, осматривался и продвигался по заросшей тропе мимо зеленых блуждающих огоньков дальше, только ветки под его ногами изредка хрустели.
Мири предлагала взять машину Тиура и доехать до деревни по дороге, но Румар наотрез отказался садиться в эту «раритетную рухлядь, воняющую демоном».
