В тепле, пристроившись у окна, в тишине, сижу вот, смотрю туда, в осенний сумрак. Знаю, что сейчас моими глазами смотрит на мир зимняя мысль. И куда бы ни упал взгляд, всё делается зимним, одетым в белые пушистые одежды.
Волшебница вовсю резвится за стеклом. Я лишь перевожу глаза с тротуаров на дороги, и они, как корыта для будущей воды, вмиг наполняются пушистым снегом.
Я же перевожу взгляд дальше и дальше, то на деревья — они у меня становятся в белом инее, то на соседские козырьки на подъездах, вдруг шапками встречающими мой взгляд. И они тоже мгновенно раскрашиваются в белое.
Сейчас в осенний вечер, конечно, нет снега, и бьёт колючая крупа — быстро замёрзший дождь, но мысль уже всё успела: закружила сколько надо снежинок, крупинок, льдинок, навалила сюда сугробов, добавила морозов, непривычного пара изо рта и хруста под ногами.
Сумрак начинается после обеда часа в три-четыре. Он потом сгущается, больше и больше, пока не превращается в явный вечер, а там и до ночи рукой подать. Но образный, мною представленный снег, тогда становится настоящим событием, потому что с его появлением… светлеет! И небо начинает слабо мерцать, переливаться и, наконец, видится настоящее чудо.
Ба, да это же северное сияние! Его подсветка под зимний пейзаж становится сказочной и прекрасной!
А мысль не унимается, летит дальше через горы, через годы, уже становясь весенней!
Она опытная волшебница, я перевожу свой взгляд на эти же деревья — они начинают зеленеть, зацветают на глазах, и скольжу дальше: на крыши с осязаемой, слышимой капелью.
О тёплый мир моих надежд, где всходит по утрам ласковое солнце, а душе открыт целый мир! А я хочу — ещё дальше: до звёзд! Ввысь!
Над половодьем весенних рек в чистом пьянящем воздухе с цветочными ароматами. Мне легко в райском, сплошном восторге!
Но… Сижу у окна, сейчас холодный предзимок, всё сковало первым крепким морозом…
На изогнувшихся ветках деревьев, с бородами прозрачных сосулек от недавнего дождя и спряталась-таки моя надежда на счастливое будущее…
Дай Бог!
Встаю и пешком ухожу туда, в осень, открыв скрипучую дверь, вдохнув и ощутив настоящий зимний холод…
Поединок
Тополя хмуро стоят в посадке, что вдоль железной дороги. Кудри их веток мирно зеленеют барашками вблизи, и чем дальше проводишь их мысленно взглядом, тем больше они начинают сливаться, превращаться сначала в рыхлую линию, а потом, по мере удаления взгляда, в более чёткую, убегающую куда-то за горизонт прямо внутрь нависшей туче.
Туча была грозовой, огромной и чёрной. Вот она уже проглотила оконцовку вашего взгляда своим дождевым туманом и, казалось, почти стояла на месте, будто демонстрируя свое величие и принадлежность к высшим силам добра и зла.
Если присмотреться, то всё же можно заметить медленное приближение этого монстра к вам, потому что вместе с ним наступала пелена сплошного, сильного дождя. Она быстро поглощала тополя в посадке и саму железную дорогу да и всё вокруг, норовила совсем скоро оказаться здесь, показать свои пугающие внутренности, состоящие из дождя, грома и молний. Явление близости к катаклизму зачаровывало, приводило к оцепенению и заставляло смотреть и смотреть на смену природных декораций и настроения.
Как обычно бывает в таких случаях, сначала должен наблюдаться полный штиль (и он наблюдался), а потом понесётся… Жёстко, громко, мокро. Будет трудно дышать. Будет жутко и страшно. Удары молний. Мысли о песчинке и величии. Страх. Будет вода за шиворотом и насквозь промокшая одежда. Будет купание в чём-то необъятном и необъяснимом. Будет мысль: «Хочу жить!»
А исполин тем временем продвигался всё ближе и ближе, тихо подкрадывался, пожирая расстояния. Он был уже совсем рядом.
Вдруг вся местность сверкнула ярким, быстрым, зловещим светом. Это явилась близкая молния. И через короткую паузу… Громыхнуло! Залп тысячи орудий мог только сравниться по силе с этим звуком.
Но что это? Ещё один звук и движение в посадке? Точно. Пассажирский. Курс — туча. У поезда нет страха! Вперёд!
Она летит…
Он летит…
И туча ответила. Да так, будто решила проглотить этого забияку и наглеца, выпустила вдруг из себя на свободу огромные тяжёлые капли. Ветер задул порывами, почти горизонтально, распылял и мельчил эти капли.
Через мгновение видимость исчезла, а вместе с ней и поезд, который посмел бросить вызов природе. Тополя качались, пригибались и снова вставали, хотя это было очень трудно. Порывы ветра отрывали на них ветки, и те легко подхватывались шквалом.
Вот так льёт! Вот так бушует ветер! Вот так вам! Вот так всем! Громом ещё и ещё! И чтобы от молний урон! И чтобы залило!
Ага, страшно? Песчинки!
Дождь как-то неожиданно прекратился, только редкие капли били по лужам, оставляя крупные пузыри в ручьях и канавах.
Слава Богу, живы! Посадка осталась стоять, маня вдаль. А одежда потом высохнет…
Отражение
Смотрю в зеркало. Увидел тебя. Вспомнил, как всё у нас было. Утро моложавое там увидел.
Небо уже светлое, звёзды исчезли, а солнца ещё нет — рановато!
Силуэты домов обрисовались и своими контурами заполнили весь задний план картинки.
