На главной дороге я повернула на восток к Бостону. Стояла середина осени и листва дрожала на прохладном ветру, от которого моя кожа покрылась пупырышками. Я энергично потерла их своими длинными пальцами. Позади себя я услышала ритмичное цок-цок одной лошади и телеги. Молодой мужчина с копной рыжих кудрявых волос остановился рядом со мной, подняв небольшое облачко пыли. Я узнала его, не смотря на то, что он округлился с нашей последней встречи и щетина оттеняла его лицо. Это был Вилли Ватсон.
— Могу я предложить подвести вас? — сказал он.
Настало время представления. Я понизила голос:
— Вилли?
— Кейси?
— Да, это я.
Он приложил ко лбу руку козырьком, чтобы закрыться от солнца.
— Я едва узнал тебя. Ты стал таким высоким.
— Мне говорили.
— Куда ты направляешься?
Я переминалась с ноги на ногу в мужской, как я надеялась, манере.
— Ну, на самом деле, я думал, что мог бы снова поработать на тебя.
Вилли кивнул.
— Лишние руки всегда пригодятся. Залезай.
Я делила телегу с копной сена и маленькой козой с серой бородой. Вилли щелкнул поводьями и рывок отбросил меня на спину в конец повозки, где я и устроилась до конца поездки. Я была рада, что мне не пришлось долго идти пешком на ферму Ватсонов, но не особенно радовалась, что путешествовала автостопом с козой. Она почувствовала мой дискомфорт и немедленно придвинулась ко мне, чтобы пожевать мою рубашку. Я помахала рукой в воздухе между нами: — Уйди.
Вилли крикнул через плечо:
— Что с тобой случилось? Ты сорвался с места в предыдущий раз, ничего не сказав.
У меня уже была выдумана история:
— Я должен был поехать обратно в Спрингфилд. Семейные дела. Но моя ма только что родила номер тринадцать, поэтому па снова отправил меня работать.
— Ай, я понимаю. Моя мама не выходит из комнат с номером десять.
Я первый раз встретилась с Вилли, когда нам обоим было по двенадцать лет. Он поймал меня, когда я воровала яйца из их курятника. Не самый лучший мой момент, я признаю, но в качестве оправдания могу сказать, что на воровство меня толкнуло отчаяние от того факта, что я восьмой день была в прошлом. До тех пор, путешествия длились до нескольких дней, но в то лето все изменилось. Голодная и паникующая, я думала, что застряла в прошлом навсегда, никогда не вернусь домой, никогда не увижу родителей и младшего брата Тимоти. Я проползла на ближайшую ферму, как лисица на заре.
К счастью, это была ферма Ватсонов, и Ватсоны оказались самыми приятными и добрыми людьми, которых я когда-либо встречала. В любом случае, Вилли поймал меня на месте преступления, так сказать.
— Ты собираешься есть их сырыми? — сказал он. Я об этом не думала. Я пожала плечами, слишком ошарашенная и напуганная, чтобы что-либо сказать. — У нас на кухне есть блинчики, ты можешь зайти позавтракать.
Мысль о том, чтобы есть вместо со всеми Ватсонами была слишком пугающей. Моё лицо, должно быть, выдало меня, поскольку Вилли сказал:
— Это ничего. Я принесу тебе. Жди меня в доке, — я кивнула и в тишине наблюдала, как Вилли собрал яйца, прежде чем уйти.
Я добралась до маленького озера, расположенного посреди фермы Ватсонов, думая, что я или получу самый вкусный завтрак в жизни, или Вилли собирается вернуться с ружьем и отправить меня в тюрьму. Он появился с завтраком.
— Спасибо, — сказала я. Голос Вилли еще не сломался, поэтому он не обратил внимания на мой высокий девчоночий писк. Я съела теплые и липкие блинчики голыми грязными руками. Я пыталась представить, как это выглядело для Вилли. Я не принимала душ десять дней, у меня были грязные волосы и истерика. Как дети в «Повелителе мух» после того, как они провели несколько недель без родителей, которые ими командовали. Он никогда не упоминал о моём рейде в курятник и нанял меня переворачивать сено. Я оставалась в прошлом на протяжении трех недель, и с того момента «правила» моих путешествий изменились. Сейчас я не знала, сколько меня не будет.
Мы провели остаток поездки на ферму в тишине. Ну, кроме козы, которая блеяла и пыталась жевать мои штаны.
Я потерла зад, когда мы прибыли, хотя мы с козой получили удовольствие от поездки по ухабистой дороге.
— Мне пригодилась бы помощь в дойке коров и чистке хлева, — сказал Вилли, указывая на красное, бросающееся в глаза, здание за жилым домом. — Ты можешь спать на чердаке, как в прошлый раз, — добавил он. Я пошла прочь, концентрируясь на своей походке, пытаясь подражать тому, как ходит мой брат. Покачивание бедрами принесло бы мне большие проблемы. В такие моменты, я чувствовала благодарность за свою грудь размером с яйцо. Просто зовите меня Мистер Кейси.
Кто-то наблюдал, как я иду через двор. Конечно, вокруг было много народу, другие работники, дети Ватсонов, игравшие в догонялки, но я почувствовала на себе его глаза. Коббс. Он сейчас был ниже меня, но крепкий, как боксер, с круглым выпирающим пивным животом. Его розовое лицо лоснилось и его темные глаза-бусинки изучали моё тело.
