Калин сначала забеспокоился, что, пока он спал, эти идиоты все же переложили раненого. Но увидел, что Крон спокойно лежит все на том же столе, только сам предмет мебели перенесли в дальний угол просторной комнаты, а больного заботливо укрыли там одеялом. Мальчик облегченно выдохнул. Себе же они поставили другой стол, точнее, столик – нечто среднее между обеденным и журнальным, и, нагрузив его различной едой, обедали.
– Как он? – первое, что спросил Калин, кивнув в сторону Крона.
– Спит, – ответил Нюша. – Ты молодец, все сделал как надо. Мне все же удалось притащить лекаря, и тот только развел руками, сказав, что так мастерски даже он бы не справился. Настойки вон дал, – взглядом указал на несколько темных пузатых бутылочек, кучно стоящих на табурете у стола с больным. – И просил сказать имя того человека, кто проводил лечение.
– А вы не сказали, что это я сделал?
– Нет, конечно. Тебе нужна эта огласка?
Калин отрицательно махнул головой. Зевнул.
– Я есть хочу.
– Ну, так иди, пока эти ворлы все не пожрали, – и, повернувшись к остальным, Нушик поинтересовался: – Ну, так что мы с маром делать будем?
– Я разберусь с ним, – тут же, не задумываясь, предложил Калин. – Мне все равно еще Полкана искать. Он же не прилетел?
Гриня отрицательно махнул головой.
– Не, не было, – сказал он и продолжил жевать. – Видать, след твой потерял, ищет, а найти не может. Людей много, и воняет тут жутко. И как ты его теперь сыщешь?
– Свистом позову. На крышу только влезть надо, повыше, или за стену выйти. Но я стражу боюсь, вдруг арестуют или не выпустят, или еще чего хуже, обратно не впустят. Вот думаю сейчас, чего делать, как быть. А ночного мара я выведу к стражникам и привяжу. Они найдут его и заберут.
Мужчины переглянулись.
– Ну, Калин, если справишься, хорошо будет, – кивнул Лаки. – А то нервирует он всех тут, внимание привлекает. А оно нам не нужно сейчас.
До этого молчавший Гобла, кашлянув, спросил:
– Э… А вы не боитесь мальца одного отпускать? Трущобы – не место для прогулок таких вот детишек, как бы не обидели.
– Не обидят, – вместо Калина ответил Норг.
– Кстати, – вдруг вспомнил Калин, что он после вчерашних событий одного бойца из их команды так до сих пор и не видел, – а Лазарь что, не появился до сих пор?
В комнате повисла гробовая тишина. Мужчины переглянулись.
– И не явится, – вмиг посерел лицом Лаки. – Нет его больше…
Нушик молча разлил мутную, неприятно пахнущую жидкость по кружкам. Все, кроме Лаки, встали со своих мест.
– За упокой, – произнес вожак и опрокинул в себя содержимое посудины.
– За упокой, – повторили собравшиеся один за другим.
– Славно бился, – кивнув, добавил Нушик.
Выпив, вновь сели и принялись закусывать, а Калин так и остался стоять столбом у стола – оторопел.
После обеда Калин спросил у Лаки разрешения взять еду для приблудного мара и отправился на поиски своего Полкаши.
С коником мальчик разобрался на удивление просто: угостил того овощами и лепешками, чуть ли не с силой отобранными у рачительной служанки, наладил мыслеобразный контакт и ментально показал мару, что они уходят из города, и ему надо возвращаться к своим. Животное доело угощение, развернулось и медленно пошло в сторону городских ворот. Ни ответных картинок, ни попыток остаться или поупрямиться – ничего похожего копытная животина не изобразила.
«Странный коник, – думал Калин, глядя на удаляющийся, лоснящийся на солнце черный круп мара. – Что ему было нужно, зачем ждал? Почему не захотел общаться? Ничего не понимаю», – пожав плечами и хмыкнув при этом, мальчик огляделся и, запомнив важные приметы местонахождения секретного дома, направился в противоположную от ворот сторону искать подходящее место для того, чтобы взобраться повыше и свистом позвать мрякула.
Заприметив пустующее здание с заколоченными окнами и без дверей, Калин решил позвать своего крылатого друга именно с этой крыши и вошел внутрь в надежде найти ход на чердак, а оттуда, соответственно, на саму кровлю. Грязное помещение воняло затхлостью и мочой, кругом валялся различный хлам, но то, что тут кто-то обитает, мальчик приметил сразу. Первой мыслью было развернуться и уйти. Не хотелось конфликтовать с местными. Но он прошел всего несколько минут от дома Лаки, а поймал на себе уже не один заинтересованный алчный взгляд.
«Нет уж, лучше тут и сейчас „познакомиться“ с хозяином этого жилища, чем с несколькими и неизвестно где», – подумал он и осторожно зашагал вверх по скрипучим, шатким ступеням. К великому облегчению мальчика хозяев сразу было видно по спальным местам: их было, как минимум четверо, на месте не оказалось, и, найдя лаз на крышу, он, наконец-то, выбрался на относительно свежий воздух.
Свистнув несколько раз, призывая своего мрякула, Калин расстроился и не на шутку разволновался, что не сможет его дозваться. Обождав какое-то время, с нетерпением всматриваясь по сторонам, он набрал полную грудь воздуха, чтобы разразиться новой трелью, как вдруг услышал свист, доносившийся откуда-то снизу.
