Не отдавая отчета в том, что он делает, Жорж поднялся и пошел на кухню. Неведомая сила влекла его. Он не мог ей сопротивляться. Может, потому, что выпил много вина за ужином? Он постоял немного около двери в комнату, потом робко приоткрыл ее. Катя лежала на кровати. Ее белые локоны были разбросаны по подушке. Она открыла свои огромные серые глаза и протянула к нему руки. Не думая ни о чем, он тут же оказался рядом с ней.
Жорж целовал эти глаза, полные губки, нежную шею, ласкал ее грудь. В это время что-то хлопнуло за дверью, и, испугавшись, влюбленный вскочил, и, приведя быстро себя в порядок, тихонько вышел. Никого не было. Снова что-то хлопнуло, и Гринье увидел, что это хлопало открытое кухонное окно. На улице поднялся сильный ветер. Было похоже, что собирается гроза.
«Наверно, это мне предостережение свыше. Эта девочка – просто ведьма, искушающая меня!» – решил Жорж, пошел в спальню и лег в кровать рядом с женой. Мария мирно посапывала. Жорж повернулся на правый бок, положил руку под подушку, прижав ее к щеке, и закрыл глаза. Образ Кати в распахнутом халатике вновь встал перед ним. Нет, не мог он спать! Не мог больше бороться с собой!
«Будь что будет!» – решил он, поднялся и, тихонько пройдя в кухню, открыл дверь в комнатку Катерины. Она так же, как в прошлый раз, протянула руки навстречу.
Он уже давно не ощущал такого блаженства. Девочка завладела им целиком.
– Я такая счастливая, – тихо проговорила Катя со слезами на глазах и, слегка отстранившись, посмотрела на простыню. Жорж тоже взглянул, что ее так заинтересовало, и увидел небольшое кровавое пятно. Только сейчас он понял, что обладал девственницей.
– Я теперь знаю, что значит принадлежать мужчине, – шептала она. – Ты мое чудо!
Катя прижалась к нему, а ее слезы смешались с нежным поцелуем, которым она его одарила. Они лежали на ее узкой кроватке, крепко обнявшись. Жорж был слегка напуган тем, что до него у Кати никого не было. Это накладывало на него обязательства по отношению к ней, а на это он не рассчитывал. Но в то же время именно это обстоятельство родило в его душе такую нежность, что ему не хотелось думать сейчас о последствиях. То, что он был ее первым мужчиной, тешило его самолюбие. Мало того, он впервые занимался сексом с девственницей. Жорж был счастлив! Девушка целовала его тело, и ему в этот момент было так хорошо, что вообще все мысли из головы испарились. Когда часы пробили семь, Катя поднялась и, накинув на голое тело ситцевый халатик, пошла в душ.
Жорж за восемнадцать лет брака только четыре раза изменял Марии. Это происходило во время его пребывания в других городах и никогда не носило серьезный характер. Теперь это впервые произошло в Москве. Четыре дня назад он увидел впервые эту девушку, стоящую в проеме коридора и похожую на ангела, а сейчас лежит в ее постели! И не где-нибудь, а в своей собственной квартире и, мало того, в то время, когда жена дома! Он не понимал, не мог дать себе отчета, как это могло произойти. Как он мог себе это позволить?! Просто наваждение какое-то! Умопомрачение! «Она все-таки ведьма! – решил он, вставая с кровати. – Но такая чудная!»
Жорж вышел на кухню, залез в холодильник, налил в стакан холодного кваса и залпом выпил. Потом заглянул к себе в спальню. Жена все так же крепко спала. Он знал, что перед спектаклем она всегда принимает снотворное, а потому раньше десяти не проснется. Он любил Марию, но теперь и Катя вошла в его сердце. Он чувствовал ответственность за эту девочку. Гринье пошел в ванную, набрал воды в джакузи и лег в бурлящую теплую воду. Он решил, что не будет думать сейчас ни о чем. Будет просто наслаждаться жизнью. Все как-нибудь само собой образуется!
Посвежевший, он отправился выпить утренний кофе с молоком. Катя стояла у холодильника и с жадностью поглощала бутерброд с отварным языком, оставшимся со вчерашнего пиршества.
– Есть хочу, жуть! – проговорила она с набитым ртом.
– Сейчас я приготовлю гренки, – вызвался влюбленный француз, с умилением любуясь ею. – Будет очень вкусно!
И вот, когда они, весело болтая, поглощали этот прекрасный завтрак, вошла Мария. Странно, но ее появление не смутило Жоржа. Он только удивился, что она поднялась так рано.
«Слава богу, она застала нас уже за столом и ни о чем не догадывается», – подумал он.
Когда Жорж уехал в двенадцать часов в офис, а Гриславская еще нежилась в постели, Катя позвонила матери. Она передала ей слова благодарности от Марии.
– Оля, я надеюсь, ты не будешь возражать, если я эти сто пятьдесят евро заберу себе? Ведь у тебя есть деньги?
– Конечно, девочка моя, – тут же согласилась мама.
– Да! Еще Никодимов тобой интересовался. Оставил свою визитку, чтобы ты позвонила.
– Зачем? – удивилась Оля.
– Откуда мне знать. Позвони, тогда и узнаешь. Запиши его телефоны.
Катя продиктовала номера домашнего и мобильного телефонов и повесила трубку.