К Альберу подошли помощники, сдавили крокодильчику пасть (полную мелких острых зубов) и крепко обмотали лианой. Крокодильчик продолжал жалобно стонать. Затем его конечности загнули на спину и также связали. Наконец, уже беспомощного, крепко прикрутили к палке. Получился крокодильчик-тросточка. Теперь шагай с ним спокойно. Не укусит.
Движемся вверх по реке, освещая фонарями воду и деревья. Надрывно кричат лягушки, словно предупреждая крокодилов об опасности. Идем довольно долго, но крокодилы не встречаются. Вдруг что-то живое мелькнуло на дереве. Георгий Михайлович моментально выстрелил. Видимо, он ранил зверя, который медленно пополз по ветке и скрылся из виду. Тогда Альбер попросил у Сластушенского ружье и, почти не целясь, выстрелил по верхушке дерева. Зверь с треском упал на землю. Это был знакомый мне хищник — циветта размером с небольшую собаку.
Возвращаемся к машинам. Тропинка с обеих сторон усеяна, словно драгоценными камнями, голубоватыми огнями светлячков. Вот и машины. Через полчаса мы были на базе экспедиции.
Более двух десятилетий минуло с тех пор, как я вернулся из Конго. Но до сих пор все живо в памяти: деревья-великаны, опутанные лианами; ливни, низвергающие лавины воды; бурлящие реки, напоенные дождевыми водами; яркие молнии, полосующие небо.
Не могу в конце описания не поделиться интересной встречей, которая вновь напомнила о моем пребывании в Конго. Однажды я делал доклад о Конго в Московском геологоразведочном институте. Потом показывал кинофильм. После кинофильма ко мне подошли двое студентов-африканцев. Один из них спросил:
— Не узнаете нас, камарад Базиль?
Услышав знакомое обращение, начал припоминать, где я мог познакомиться с этими ребятами.
— А ведь мы встречались с вами в Конго, — широко улыбнувшись сказал другой. — Меня зовут Тимот, а это вот Жан.
И тут я вспомнил наконец этих ребят. В одном из селений, которое мы проезжали, к газику подошли двое парней.
— Мы знаем, — сказал один из них, — что вы приехали из Советского Союза и ищите у нас алмазы. Нам очень хочется с вами познакомиться.
Мы разговорились. Ребята тогда сообщили мне, что собираются ехать учиться в Москву.
— Вот только еще окончательно не решили, какую выбрать профессию, — сказали они.
Я, естественно, посоветовал им выбрать трудную, но увлекательную профессию геолога.
И вот теперь эта неожиданная встреча с будущими геологами-конголезцами в Москве.
Сидя у меня в гостях, ребята рассказывали о своем учении, мечтали о будущем.
— Мы знаем, что советские геологи помогли нам в открытии природных богатств, обнаружив месторождения полиметаллических руд, золота и других полезных ископаемых. Мы постараемся быть достойными учениками и продолжим начатое вами дело: откроем новые месторождения полезных ископаемых, а наши соотечественники на рудниках и приисках получат работу и будут жить в достатке…
Мечта моих юных друзей уже сбывается. В Мфуати с помощью Советского Союза построен горно-обогатительный комплекс — первенец горнодобывающей национальной промышленности. Добываются полиметаллические руды в Джангиле, где уже поднялись корпуса обогатительной фабрики. Разрабатывается открытое советскими геологами месторождение полиметаллических руд в районе Янга-Кубенза.
До сих пор вспоминая о своей работе в Конго, я много размышлял, а где еще могут быть алмазы? И вот к какому выводу пришел. Коренные месторождения можно попытаться искать в устье ручья Грушевидного, а россыпные — на севере Конго, в долинах рек Мокала и Ибенга с притоком Бэли.
