Незнакомка склонилась над ней, присев рядом на колени, закрыв собой солнце. Это была самая странная из всех виденных Ариной бабушек: маленькая, худенькая, длинные седые волосы сплетены в толстую косу, с невероятно красивыми зелеными глазами. Она положила свою сухую руку на лоб девушки, другой рукой накинув на её тело мягкую легкую ткань. – Чегой же ты тут натворила, моя бедненькая девочка. Опалила все, тут же теперь лет двадцать толком расти не будет ничего. А я, значить, сижу себе дома, как ко мне начинают орки проклятые ломиться, нарочито будто. Бегуть, сами куда не ведають, все цветы поломали мои. Ну, думаю, мало ли что могло случиться, пусть себе бегуть. Но когда уже третьи и четвертые пробежали, тут и я заподозрила неладное. Стопорила одного, а он со страху лыка не вяжет. Прокричал, что все помёрли, что вестницу смерти видали, лапой направление показал и дальше понесся. Эт ты, что ли, вестница смерти у нас? Что-то маловато ты на неё похожа будешь. Больше смахивает, что она сама тебя затронула. – Бабушка тараторила без остановки, при этом выполняя несколько дел одновременно. Укрыла Арину, пощупала её лоб, порылась в своей маленькой плетенной сумочке, достала пару пузырьков с цветными жидкостями.
Девушка молча помахала головой, отказываясь выпить предложенное. Только бабушка оказалась не из тех, кто будет уговаривать. Она сузила свои глаза – и где Арина их видела? – и тело девушки сковало против её воли. Арина приподнялась на локтях, рот приоткрылся, и девушка лишь с ужасом могла наблюдать, как ей в горло вылились подряд два пузырька, сначала с розовой, потом с бесцветной жидкостью. Первым делом зажгло во рту, потом жар пронзил горло и грудную клетку и ушел в живот. Бабушка еще пару мгновений понаблюдала за Ариной, не дав ей возможности выплюнуть содержимое, и сняла состояние оцепенения. И вновь на лице бабушки появилась самая милая в мире улыбка. Арина с жадностью стала глотать воздух, стараясь хотя бы так уменьшить жар внутри тела.
– Ты потерпи чуток, дорогая. Я тебе снотворного дала, еще пару минут и ты заснешь. Уж очень много сил ты потеряла, благо еще здоровье у тебя лошадиное. Другая на твоем месте уже бы душу Богу отдала, а ты вона, жива еще. Ну ничего, пару-тройку дней поспишь у меня дома, а я тебя примочками пока, да зельями и травками полечу. Девоньки мои тебя отмоют, подлатают. Проснешься – и не вспомнишь, как тебе плохо было. – Арина толком не расслышала, что говорила бабушка – все её мысли сводились к желанию не задохнуться. Неожиданно незнакомка с кошачьей ловкостью крутанулась на сто восемьдесят градусов и закричала.
– Гелам! Ну что ты стоишь столбом! Сам сказал, нам надо поторапливаться, пока Императорская армия не нагрянула. Сколько тебя уже можно ждать, бери девчонку на руки и поедем. Шевели копытами, дорогой, шевели давай.
Арина оглянулась на крик бабушки и увидела, как со стороны солнца скачет огромный кентавр. Видела она уже кентавров, тоже все были обманщиками. Но этот был не такой, как они. Высокой и мощный, от одного взгляда на него захватывало дыхание. Арина еще раз подивилась тому, какое же чудо создала природа. Наполовину красавец-мужчина, с огромными и сильными ручищами. Карие широкие глаза смотрели по-доброму, зла в них не читалось. Блестящие каштановые волосы были заплетены в красивую косу, свисавшую до пояса, где как раз был расположен стык двух тел. Каштановой масти его лошадиная часть ничуть не уступала по красоте человеческой. В мгновение ока он оказался рядом.
– Не ругайся, мудрая Нидриэль. Армия Императора остановилась примерно в трех лигах. Сейчас, скорее всего они отправили разведчиков, но нам все же лучше скрыться от глаз их, дабы не было проблем лишних. – Арина почувствовала, как сон одолевает её.
– Яйца курицу не учат, и без тебя это знаю, – проворчала бабушка и поднялась на ноги. – Бери девчонку на руки. О, уснула уже.
Гелам опустился на колени, чтобы поднять Арину на руки. Незнакомка ловко запрыгнула к нему на спину, и Кентавр поскакал в сторону Лесов Уныния.
Мелад проводил взглядом удаляющуюся фигуру кентавра. С этого расстояния он казался не более чем точкой, и Мелад даже спутал сначала его со всадником. Коней они оставили пару миль назад, как только вступили на выгоревшую землю. Всадника на таком пустом пространстве видно было издалека, в чем сейчас и убедился эльф. Рядом встал еще один эльф с нацеленным в спину кентавра луком. Мелад положил руку ему на оружие.
– Ольфед, опусти лук. Кентавр ничего плохого нам не сделал, пусть уходит. Не к чему нам привлекать к себе внимание.
– А если он что-то знает? Я его не убью, мои стрелы смазаны усыпляющим зельем. – Убирая лук, спросил Ольфед. Он так же был лучником, и помимо всего прочего учеником Мелада.
