Сейчас Монтгомери-стрит оживленная улица, несколько затемненная постоянной тенью, отбрасываемой высокими зданиями. Здесь мало витрин, но много массивных тяжелых, зарешеченных дверей; над ними или рядом с ними в серые глыбы камня вделаны металлические, под цвет золота, до блеска начищенные буквы. Из букв складываются названия банков, страховых компаний. Среди них один из крупнейших в стране частных банков — «Банк оф Америка». Банки перемежаются юридическими конторами, объединениями брокеров.
Центральное место сан-францисского порта — это так называемый Ферри Билдинг — расположенное на самом берегу залива здание с многоступенчатой квадратной башней, высотою около 80 метров. Это хороший ориентир. В сторону залива обращена укрепленная на башне громадная, красная, светящаяся по вечерам надпись «Сан-Франциско». Название башни («Ферри» означает паром, переправа) говорит о том, что Ферри Билдинг был раньше пристанью, откуда осуществлялась переправа на оклендскую сторону залива. До строительства моста на Окленд через Ферри Билдинг проходило до миллиона пассажиров в неделю.
В настоящее время Ферри Билдинг — центр внешнеторговых операций, где агенты американских и иностранных торговых фирм совершают сделки по купле-продаже.
По обе стороны от Ферри Билдинг вдоль берега даунтауна на несколько километров тянется главная портовая магистраль Сан-Франциско — Эмбаркадеро-стрит. На внутренней, обращенной к городу стороне улицы старые жилые дома, склады, портовые конторы, сортировочные депо. С противоположной стороны низенькие, выбеленные, напоминающие провинциальные вокзалы фасады пирсов с высокими полукруглыми воротами.
В порту и на Эмбаркадеро всегда шумно: гудят пароходы, свистят лебедки и разгрузочные конвейеры, где-то над головой вдоль широкой эстакады слышится мерный шелест автомобильных шин, в воздухе запах гари, бензина, пряностей, апельсинов.
Сюда прибывают пароходы с кофе, копрой, бананами, чаем, каучуком, газетной бумагой, шерстью. Те же пароходы забирают хлопок, свежие и консервированные фрукты, муку, табак, напитки, машины, изделия из железа и стали, лес, химикалии и другие товары.
Трансконтинентальные товарные составы останавливаются в Окленде. Весь груз, предназначенный для Сан-Франциско, переправляется вместе с вагонами на громадных баржах, которые волокут мощные морские тягачи.
На Эмбаркадеро всегда слышится иностранная речь. Здесь в развалку прохаживаются или часами просиживают в портовых кабачках голландские, индонезийские, индийские, японские моряки, местные грузчики итальянцы.
В отличие от Лос-Анжелеса, чей порт Сан-Педро представляет собой весьма отдаленный пригородный район, жизнь которого внешне мало отражается на жизни самого города, порт Сан-Франциско находится в центре, в двух шагах от главных деловых, культурных и торговых кварталов. Это разнообразит жизнь города, усиливает ее интернациональный колорит,
В северном конце Эмбаркадеро, за последним, 45-м пирсом находится так называемая зона свободной торговли. Это небольшая искусственная гавань, образованная сложным переплетением деревянных пирсов и других портовых сооружений. Для нас было неясно, в чем состояло местное понятие свободной торговли; единственно, что мы усвоили из разговоров с нашими американскими собеседниками, это то, что там не взимают таможенных сборов с товаров, оставленных на некоторое время на хранение для перетранспортировки. Кроме того, там находится рыболовецкая пристань, куда каждое утро пришвартовывают свои небольшие баркасы рыбаки-профессионалы. Они выгружают разнообразнейший улов и тут же продают его оптовикам или в рестораны и кабачки, обступившие пристань тесным кольцом.
Мысль посетить это замечательное место подал нам старенький официант в «Палас-отеле».
Старичок был словоохотлив и, как все патриоты города, сразу же стал рассказывать о самом волнующем из жизни и истории города и его отеля, где он проработал полжизни.
Между прочим, он рассказал о том, что в «Паласе» некогда останавливался знаменитый певец Карузо. Гастроли этого артиста в Сан-Франциско совпали с самой трагической вехой в истории города — землетрясением. 18 апреля 1906 года утром официант, будучи еще беллбоем, видел, как Карузо выбежал на улицу с шеей, обмотанной полотенцем, крича «Мы пропали!» Одним из немногих зданий, уцелевших от ужасного землетрясения, был «Палас».
Разговор о рыболовецкой пристани зашел тогда, когда мы заказали на второе рыбу. Старичок, осведомившись, любим ли мы омаров, сказал, что лучшие, всегда свеже-ошпаренные кипятком омары мы можем получить в «Грот-то № 9», где работает его дальний родственник.
— И вообще вы там сможете найти массу интересного. Не пожалеете, — напутствовал он нас.
Мы не совсем ясно представляли себе, где находится рыболовецкая пристань. Решили взять такси. К нашему удивлению, это оказалось не так легко сделать. Такси появлялись, мы делали шоферам знаки, чтобы они остановились, но бесполезно. Они проезжали мимо. В чем дело?
