— Да, да, Олег, я помню, — кивок, — Я уже говорил, этот вопрос сейчас решается на высшем уровне, от нас ничего не зависит.
— Андрей Анатольевич, о каких уровнях идёт речь? Вы говорите о цифрах на плече?
— О, Дмитрий Михайлович, у вас татуировка активирована? Почему нет записи в личном деле? — последний вопрос адресован стоящему рядом с профом военному, —
Да, Дмитрий, вы правы, мы говорим об этих цифрах. Многие считают, что они связаны с развитием носителя, центр обещает предоставить информацию, но… — оратор развёл руками, будто бы извиняясь, — Мои наблюдения подтверждают лишь факт возможного увеличения цифры в случае убийства носителем активированной татуировки иномировых крыс. Вы же убивали тварей?
— Где расписаться?
— Здесь.
“Обязуюсь хранить в тайне информацию касательно…”
“Об уголовной ответственности за разглашение уведомлён…”
Культурное мероприятие завершилось, профессор ушёл, нас надзиратели развели по камерам. Хата оказалась на этом же этаже.
— Где тут у вас, на тюрьме, дальняк? — спросил я сопровождающего; морщинистый мужик удивления не выказал, молча кивнул в сторону маленькой дверки. При первом посещении номера унылую дверку я посчитал чуланом, был опечален и любопытства не проявил, краем глаза приметил лишь наличие в номере вай-фая, просторную душевую кабину. Обитателем занятой кровати оказался громкоголосый парень, тот что спрашивал профессора про набор опыта. Новый сосед молча, прямо в одежде, завалился в постель, с телефоном в руке отвернулся к стене.
А познакомиться, за жизнь перетереть? Ладно, завтра, всё завтра.
Утро с конфликта начинать не хочу, но нам же здесь жить.
— Олег, повернись, пожалуйста, ко мне лицом, нам нужно поговорить, — обращаюсь к укрытой ярко-жёлтой футболкой худой спине.
Спина молчит.
Проснувшись я пожелал всем добра, предложил познакомиться, представился сам и представил друга. Малолетний сосед вяло кивнул, буркнул “Олег”, отвернулся к стене. Однако мне с вынужденным сожителем необходимо обговорить правила совместного проживания, вопросы чистоты и уборки за собой.
— Олег! — полный игнор.
С Димкой мы всё давно решили, каждый из нас согласился: посуду за собой надо мыть, и если нассал на ободок унитаза — надо взять половую тряпку, протереть сидушку, тряпку прополоскать, ободок протереть насухо туалетной бумагой.
— Олег, ты меня слышишь!? —
нет, парень не в наушниках, он просто лежит, что-то печатает в телефоне, в наглую, **ка, клал на меня с прибором. Для точности, ***ть.
У пацанской кровати вразнобой валяются ботинки, розочки грязных, вонючих носков, почему-то только один поношенный тапок. В душевой, на крючках для полотенец висит одежда, тоже, походу, грязная.
— Олег!
Встаю с кровати, делаю пару шагов, тяну малолетку за плечо.
— Не трогай меня! — пацан разворачивается в мою сторону, рука его обманчиво легко мазнула по моему плечу; боль, с криком отшатываюсь назад, хватаюсь за поражённое место; одежда чем-то прорезана, меж пальцев течёт кровь, впитывается в футболку, капает на пол.
— Твою же мать!! — в ладонях вскочившего с кровати ушастого разгорается огненный шар, — Да ты малой ***ел, ммать!
Всё замерло в напряжении; смотрю на руку обидчика, вместо ногтей его человеческие пальцы заканчиваются сантиметровыми когтями, металлический оттенок, с них капает кровь… моя, **ка, кровь.
— Я их ещё плохо контролирую, — угрюмо произносит сжавшийся тугой, диванной пружиной парень; он кидает быстрые, испуганные взгляды то на меня, то на огнешар, —
Извините, —
звучит правильное слово.
“За собой нужно убирать, живёшь не один, лады? Лады.”
Но это всё уже после визита к доктору, в “больницу” парой этажей ниже. Рану обработали, заклеили, зашивать не стали; врач — пожилой мужчина в белом халате с выдающимся гордым носом, что некоторые несознательные элементы именуют шнопаком — расспросил о причинах травмы, всё записал, назначил через сутки повторный осмотр. Я больше испугался, нежели физически пострадал.
Дорога до госпиталя и обратно занимает пару минут, гостинично-казарменное проживание имеет свои плюсы. Мы живём на четвёртом этаже, больница на втором, столовая на первом; маршрут к центру всея питания освоен нами в первую очередь.
Ну ещё бы!
Здание пятиэтажное, не новое, евроремонт сделал недавно, сделан на совесть. На всех этажах стабильно ловится вай-фай, высокоскоростной интернет, пароли выдали, ничего не запрещали — ни звонки по телефону, ни переписку в сети, более того (!), по письменному запросу каждому волновику обещают предоставить в личное пользование современный ноутбук. Нельзя распространять информацию о портале, количестве тварей, прямо или косвенно указывать на то, что твари “жирнеют”.
