Уходим на тренировку после обеда, в три, приходим в Инвир хз когда. Рассчитать можно, сдвиг в 2 часа, но это не… совсем практично выходит. Надо учитывать разную длину светового дня, полный мрак, блин, длится дольше. Ну как полный, 2 луны. Костры ещё. Это вначале начальство опасалось разжигать, боялись привлечь агрессивную фауну или взвод зелёных инопланетных пожарных. Вдруг стат-барьер с той стороны проницаем. Позже разрешили — сначала свечи, потом костры. Так… мило было тренироваться при свечах. А при свете костров — камерно.
Некоторые из волновиков притаскивают сосиски, хлеб, маршмеллоу, беззаботно жарят их, словно туристы на отдыхе. Ладно, каюсь, я тоже притаскиваю, ххе.
Нас НЕ заставляют тренироваться.
Часть волновиков вообще не тренируется. Люди просто живут в штаб-квартире, время от времени принимают участие в исследованиях местных научников. Тренить не хочешь — говоришь об этом и ок. Можно даже причиной не заморачиваться: не хочу и всё. Да, я лично спрашивал народ. Да, посмотрят инструктора с укоризной, мол, что ж ты, юное дарование. Но мы ведь, люди морально стойкие солдатики. Хоть и не из олова, из мяса, как там в Звёздных войнах, мясные дроиды.
В моей группе “Пятнистых драконов”, блин, всё-то улыбает… ленивых нет.
Андрей тренит, потому что “быть магом круто”; Ирина зарабатывает деньги для семьи — с работы ей пришлось уволиться, служба теперь её основной доход. Валерий на прямой вопрос отвечать не пожелал, сказал, что у него, мол, есть свои причины. Кривых вопросов у меня не было, давить не стал. А я… я сапёр.
Ну вы помните, самый первый.
Как у Андрюхи, меня цепляет то, что “магом быть круто”. И пригоршня патриотизма а-ля “за родину”, “как хорошо быть героем — получи по первое, потом по второе”.
Я вам писал про “малую склонность к познанию”, не знаю, что это за пассивка, есть идеи. В один из походов за портал слово “интеллект” на стат-барьере мигнуло, сменилось на слово “концентрация”, потом отмигнуло обратно. И снова, знаете, как на неоновой вывеске, закоротившей от дождя, то горит, то вдруг гаснет, загорается через пару секунд. Подмигивание продолжалось… секунд 20ть? И закончилось. Что это значит, не знаю, в надпись потыкал, пытался попасть именно в слово “концентрация”. Моя интуиция неуверенно заявляет, что этот странный “сбой” — влияние пассивки.
— Народ, я на ту сторону, искать клад!
Мой энтузиазм ещё не угас. Утомлённые лица коллег.
Наша команда прибыла на заимку, на часах 15 минут двенадцатого. На той стороне большого портала тренируемся обычно до шести, потом 3 часа свободного времени: отдыхай, тренируйся с инструктором или у стат-барьера. Ужин в 21–00, дорога до заимки.
— Дядь Миш, я с тобой! — энергичный Андрюха.
— Пол первого вас крикнем, — Кирилл.
Хочется найти клад, хочется сохранить его в личном пользовании. Не имея возможности искать тайно, я — гений, не правда ли? — решил искать явно, напоказ. Но не выкапывать! Выкапывать как-нибудь потом, под сенью ночи, в благородном одиночестве. Организуя искательский процесс, я приобрёл баллончики с краской.
Краску взял специальную, флуоресцентную, дабы иметь возможность ночной ориентации. Определил радиус действия способности на минимуме маны, позаботился о перекрытии всей площади — с частичным наложением поисковых кругов друг на друга. И.
На той стороне заимочного портала квадратная (!) полянка, неестественная тишина, кусты, сосны и мы с Андрюхой. Большие такие вроде как сосны. Нашей общей зондер-командой за портал мы заглянули ещё в день первый, зачекинились, так сказать. Стат-барьер ближе к выходу, метрах в пятиста, из-за меньшего размера портала, я так думаю. Заходя нагибаешься, благо кромка у портала пружинит, не режет.
Говоря о том, что они нас “крикнут”, лейтенант говорит буквально — когда придёт пора готовиться к битве Кирилл засунет голову в портал и громко крикнет “Эгеей!” Акустика за порталом отличная, часов с собою у нас нет, они ломаются прямо как девушки.
Маловероятная ситуация досрочного появления крыс обговорена — мы должны остаться на той стороне и не атаковать. Проклюнувшиеся крысюки бегут в портал и не реагируют на окружение, иногда не реагируют даже на прямые атаки. Иногда реагируют, лучше стоять в сторонке и не отсвечивать, военные разберутся. Солдаты на стрёме, автоматы на Земле пока работают. Я не знаю, почему Кирилл не ходит на поиски с нами, не посылает солдат в наше охранение. Но это же хорошо.
— Какой сегодня квадрат?
— По порядку. Что там, А4, я так думаю.
Мы занимаемся этим — здесь почему-то хочется добавить — безнадёжным, но я сдержусь, ххе — делом второй день… вечер. Я думал заниматься этим ещё и ночью, после бойни, но это гон, конечно. Спать хочется очень. 20 шагов от выхода по прямой, где-то 9 метров? Встал, приосанился, кастую поиск кладов. Визуальных эффектов нет, волна омывает пространство, возвращается. Пусто. “Рисуй!” — приказываю своему верному баллончиконосцу.
