На шестидесяти килограммах пошёл манорасход. На 100 кг. побежал. Рюкзак субъективно лёгкий и во время переноски, и на момент надевания; навык учитывает этап надевания как часть процесса таскания? Продолжаю эксперимент, действую всё более решительно, и… на 240 килограммах рюкзак рвётся, на пару секунд опережает стремящуюся пробить дно ману. От выпадающих блинов уклоняюсь, но… это было близко. А что, если бы мана кончилась первой, бултыхнулся б назад, сучил бы лапками, неспособный перевернуться без посторонней помощи, словно упавший на спину майский жук? Ххе.
— Ты смотрел новости? — духи с кардамоном.
— Какие именно?
— Так, интервью с Сарановой Альбиной. Там про нашу облаву говорили, мельком, вначале.
— Смотрел, — неохотно ответил я “Ириске”.
Тоже мне, никнейм. Ирина долго не хотела колоться, я так думаю, стеснялась. Золотой, блин, ключик. Валерий “Прохожий”, Андрюха “Арагорн”, маленький, но очень почитаемый король. Мы редко используем наши… волновые имена, это кажется неуместным, что ли. Я знал, что интервью будут брать не у меня — из-за инцидента с наркоманом — но того, что его будут брать у рыжей стервы — не ожидал, не ожидал. Да, не ожидал, мягко сказано. Что меня так коробит? Хм. Мы с Андрюхой вместе его смотрели. Хороша стерва. Хороша.
— Ей полюбас текст писали, — пытался “поддержать” меня парень, — И вопросы журналистка все заранее озвучила, это же СМИ, СМИ! Они созданы для того, чтобы зомбировать народ!
— Это тебе кто такое сказал?
— Все говорят, — неуверенность.
— Подаёт она себя эффектно, — глубокий вздох, — Умная, красивая стерва.
— Она тебе нравится? — ехидная улыбочка.
— Как женщина — конечно, ххе, как такую няшу не любить? А как человек она — оно. То самое, что не тонет.
— Что тебе в ней не нравится?
— Это… сложный вопрос, вот так, сходу. Эмм. Аа… она ставит себя выше других. Нас с тобой, в частности. Она двуличная тварь — помнишь, что она писала на форуме про обычных людей и что теперь говорит про них в видео-интервью.
— И ещё она у тебя увела друга.
— Что?! — я возмущённо замолчал, откинулся к стене. Массирую большой палец, думаю, — Друга, наверное, нельзя увести.
— Но ты же рассказывал про Димку.
— Тут… непонятная ситуация, —
да, мы почти не общаемся с моим “бывшим”, нет (!) настоящим другом, и это меня, чёрт возьми, расстраивает, —
Он перебесится и вернётся, —
ннда, так неуверенно прозвучало, нужно срочно показать Андрюхе, что я верю в друзей, эмм, —
Вот увидишь, всё так и будет!
— Угу.
Кажется, я был не очень убедителен. Надо записать на курсы ораторского мастерства. Орать меня научат. Иииигоооорь. Ииии-гооооорь.
Ииии-гоооорь.
Ииии-го тьфу, привязалось.
Завтра выходной.
От раздумий по поводу интервью с рыжей стервой, прокручиваемых в моём мыслеприёмнике на реплее, я протянул тооненький мостик к воспоминанию о полицейской облаве и симпатичной журналистке Ольге.
— Алло, это телеканал ОТС? Меня зовут Перилов Михаил, я сотрудник волнового подразделения Нацгвардии РФ. Да. На прошлой неделе мы принимали участие в облаве на Расточке, от вашего телеканала присутствовала съёмочная группа, там была журналистка Ольга… я, к сожалению, не запомнил её фамилии. Как? Городецкая? Мне нужно с ней связаться. Да. По личному вопросу. Хорошо, записываю.
Надо же, прокатило. Номер мобильного записан в блокноте с котёнком. Можно звонить, но я не готов отказать себе в удовольствии вдоволь пострематься. Была бы у меня ромашка, бегал бы по комнате, подпрыгивал, подкидывая коленку вверх, дёргал лепесток и вскрикивал “Пошлёт”, “Не пошлёт”, “Пошлёт”… Но ромашки не имею, потому сижу на кровати, еложу. Ну, знаете, ширк влево, ширк вправо, а там уже и кровать медленно задирает простынку, бесстыже оголяет матрас. Всласть наелозившись, поднимаю тяжёлый телефон, набираю номер.
— Алло, — приятный женский голос.
— Алло, — я эхо.
— Я вас слушаю.
— Здравствуйте, Ольга! — уверенное начало, ещё бы, я продумал, что мне говорить, трижды продекламировал “рыбу” вслух, — Меня зовут Михаил, мы с вами встречались на прошлой неделе. Это было во время полицейской облавы, на улице Мира, я был одним из волновиков, ну, в придурошных красных плащах.
— Здравствуйте, Михаил! — голос девушки теплеет, есть узнавание! — Вот только по поводу плащей я с вами решительно не согласна, они смотрелись очень стильно.
— Вам, со стороны, виднее, — улыбаюсь.
— Несомненно, — усмешка в голосе.
— Я вам почему звоню… — пауза, потею, вспоминаю “рыбу”. Вобла, точно вобла, — Я узнал, что в кофейне на Карла Маркса подают лучший в мире кофе. Но вот беда — туда пускают только парами…
— Что вы говорите! — улыбается, йес!
— Я и сам был в шоке! Могли бы вы… составить мне компанию в дегустации кофейного напитка?
— Сегодня вечером я занята, — после непродолжительного молчания.
— Я и не рассчитывал, что вы сможете именно сегодня выкроить толику вашего драгоценного времени. Как насчёт того, чтобы встретиться завтра, в 17–00?
Пауза короткая, томительная.
— Я согласна, —
два долгожданных слова, ждал 2.43 сотых секунды. Рекорд!
