— Андюх, отвянь, — недовольно фыркаю, разминаю большой палец, — Мы уже говорили, какая, блин, разница, у нас общий стат! Концентрация интеллекта на квадратный дюйм мозга, ***ть.
— Почему дюйм?
— Потому что килограмм.
— Так ты с той журналисткой гулял, да?
— Гулял, — в принципе… я таки хочу похвастаться подрастающему поколением успехами на любовном плане. Но сдерживаюсь. Хвастаться нехорошо, говорила Масяня. Или это мама говорила? Стоп, у Масяни вообще была мама?
После первого свидания мы регулярно смс’ились, переписывались в ВК, пару раз я ей звонил. Конфетно-букетный, время до следующих выходных не то что бы тянется, нет, да, оно тянется! Хочется скорее увидеть свет в конце туннеля. Свет с непонятного цвета глазами… Если бы я читал написанные выше строчки, то непременно пошутил бы над их автором, каркнул бы что-нибудь про паровоз, что выскочит в лоб, и сделает это именно тогда, когда до выхода из туннеля останется пара дюймов. Почему дюймов? Потому что килограмм! Хорошо, что не я читаю эти строчки. Хорошо, что это делает человек добрый, мягкий, интеллигентный. Хорошо же?
— Целовались?
— И в кого ты такой любопытный? — я не сдержал улыбку.
— Ну скажиии! Я же тебе про Сизикову рассказывал! — непосредственность и напор.
— Кого ты там рассказывал! Всё, потом, давай вон, нас Кирилл зовёт, — ретирада.
— Бе-бе-бе, —
блеяние в спину. Ух ты, чешется.
Этот разговор состоялся позавчера… вечер того же дня был отмечен ещё одним “выдающимся” событием. Моё умение поиска малых кладов наконец-то дало положительный отклик; но вот с сохранением полной секретности, увы, случился конфуз. Я привык к постоянному обществу Андрея и на традиционный вопрос
“Что-нибудь есть?” удивлённо ответил
“Да!”.
В свою защиту могу сказать то, что я был в состоянии аффекта. Радость неожиданно навалилась, и сразу полные штаны; мы искали, искали и наконец нашли. Секретность сохранилась худая, времени копать не оставалось, пора было идти на бойню; зафиксировав место будущих раскопок, мы в прямом и переносном смысле вернулись на Землю. Я искренне надеюсь, что наш тщательно подавляемый энтузиазм не был замечен окружающими; Андрюха аж светился. Или он всегда такой?
Что тут сказать; можно, конечно, потянуть интригу, не буду.
Мы нашли ещё одно колечко. “Невидимое серебряное кольцо”. Очень, очень информативно.
Некоторые опасения по поводу его надевания у меня — были, у Андрюхи — не были; пацан нацепил кольцо на безымянный палец левой, оно исчезло из виду… и всё. Мой сдерживаемый смех прорвался наружу, в этой вечной тишине Инвира-под-барьером он звучал странно, нереально… мы ведь здесь даже разговариваем, непроизвольно срываясь на шёпот; кроме лёгкого ветра и нас самих нет здесь источников звука.
А ветер здесь то дует, то не дует, то дует, то не дует. То трио. А потом снова дует. Я смеялся над обманутыми ожиданиями, этим дурацким кольцом, оно идеально подходит к нашей ситуации, носи его себе на пальце — никто и не заметит. Абсолютно бесполезный предмет, мусор!
!!
Андрюха не разделил моего пессимизма и с благодарностью в глазах забрал кольцо себе.
Мы делили пессимизм. Много нас, а он один.
Блин, колени теперь грязные.
Они подловили меня в переходе между домами; их трое, двое перегородили дорогу, третий блокировал путь назад; видимо, шёл за мной от ТРЦ.
“Вот и съездил за кедами…”
Рука привычным движением извлекла из ножен меч; переход между пятиэтажками узкий, не более пяти метров в ширину. На стенах нависающих домов кубики кондеев, на потрескавшемся асфальте валяются куски картонных коробок. Кидаю взгляды по сторонам, отступаю назад, к стоящему у стены пустому мусорному баку; встаю полубоком… пытаюсь удержать бандитов в поле зрения.
Гопота замерла в нерешительности — явно не ожидали того, что у жертвы будет даже не нож, а меч, ххе.
На улицах это оружие встречается редко, я так думаю. Оно запрещено к ношению, только нам, волновикам, можно — привилегия, блин. И то его мало кто таскает, ходить, банально, неудобно, я уже не говорю про бег. Это меня Мухаметдинович убедил носить с собой везде и всюду, устанавливать духовную связь; звучит оккультно, но я же, блин, волновой маг. Это ли не повод если не верить, то хотя бы задумываться.
“А ведь в церковь так и не сходил”.
Стоим друг напротив друга, метра четыре… пять.
Лезвие выставил вперёд, вглядываюсь в плечистых парней, чёрные толстовки с надвинутыми капюшонами, в руках телескопические дубинки; третьего, худощавого, держу краем глаза — он поодаль, руки пусты. Нож или пистолет за пазухой?
Парни одеты в джинсу, тяжёлые, армейские берцы, глаз из-под капюшонов не видно, секунды текут, пытаюсь просчитать варианты, мозг отказывается быть эффективным.
Вдох.
Выдох.
Смерть, я готов. Жизнь, спасибо за всё. Правый, плечистый делает шаг вперёд, я реагирую плавным поворотом меча в его сторону, полусогнутыми, готовыми к рывку коленями.
— Здравствуй, Михаил. —
моё имя сплюнуто на асфальт словно подгнившая слива, — ТЕБЯ видели с моей девушкой, Ольгой Городецкой, — слова падают нарочито медленно, дубинка картинно переложена из руки в руку.
