Думаю и о том, что увиденное нами в ходе поездки — главным образом фасадная, парадная сторона Китая. Вполне естественно, что, находясь в положении окруженных комфортом и сориентированных на экзотику рафинированных туристов, мы на иное рассчитывать просто не могли. Возникавшие было проблемы и становились таковыми только из-за нашего статуса балуемых вниманием иностранцев и решались без нашего участия, а настроенное на экзотику восприятие постоянно искало чего-то необычного, острого, пикантного и, конечно, находило его. Трудная, будничная, совсем не такая яркая как золоченные статуи будд и слепящие свежей киноварью храмовые и дворцовые ансамбли, повседневность оставалась где-то в стороне и лишь изредка, словно в противовес этой самой экзотике играла на контрастах, била по глазам беспорядком, бедностью, неустроенностью, словно проверяя на истинное отношение к Китаю.
Сегодня нас не сдерживают ни регламент, ни организованные экскурсии. Первая половина дня в нашем полном распоряжении. Наконец-то появляется возможность заглянуть в соседствующий с гостиницей парк Цуйху — Изумрудное озеро (рис. 7, 26).
Несмотря на утро восемь часов и солнце только-только встало над горизонтом, — в парке уже многолюдно. Утренний смог сдобрен густой пылью, которую поднимают энергично орудующие метлами на асфальтированных аллеях десятки дворников. В тени раскидистых пальм на утрамбованной до каменного звона земле сосредоточенно занимается традиционной китайской гимнастикой
Сам парк Цуйху, в общем, выглядит очень современно, и только небольшой островок, застроенный беседками, галереями и павильонами, напоминает о его прошлом, насчитывающем более пяти столетий.
До конца XIV в. озеро находилось за пределами Куньмина и было окружено огородами и полями. В начале правления династии Мин один из местных сановников построил на его берегу Западный сад, предназначенный для отдыха и уединения от городской суеты. В конце XVII в. уже упоминавшийся выше У Саньгуй возвел на расположенном недалеко от озера холме Ухуашань свой дворец и расширил его границы до Цуйху. В XVIII–XIX вв. парк достраивался: были насыпаны две дамбы, разделившие водную гладь на несколько частей, построены мосты, беседки, павильоны. Но до логического завершения дело было доведено лишь после образования КНР, когда территория вокруг озера Цуйху была превращена в парк для отдыха горожан. Сейчас в нем есть детский городок, танцевальная площадка и трек для любителей роликовых коньков, а в здании бывшей академии сухопутных войск размещены сельскохозяйственная выставка и провинциальная библиотека. Входной билет стоит всего 5 фэней. Эта чисто символическая плата при большом наплыве посетителей в какой-то степени позволяет поддерживать чистоту и порядок на территории парка.
За воротами минут двадцать наблюдаю за оживленной и азартной игрой смешанных пар бадминтонистов. Прямо на тротуаре расчерчена площадка, натянута веревка, по обе стороны которой демонстрируют завидную ловкость и подвижность мужчины и женщины в возрасте сорока-пятидесяти лет. Класс их игры довольно высок, и кое-кто из молодежи, решившись бросить вызов старшему поколению, очень скоро вынужден бесславно ретироваться с площадки.
Впервые вижу в Китае любителей бега. По обочине дороги легкой трусцой пробегает старик, немного погодя — молодой мужчина с девочкой лет шести. Конечно, ни о какой спортивной форме — ярких костюмах с лампасами или фирменных кроссовках — речи быть не может, бегут в том, в чем через полчаса пойдут на работу, да и посматривают на них люди с удивлением: бег не совсем соответствует традиционным китайским формам физического совершенствования. Однако сам факт бега трусцой в китайской глубинке симптоматичен, говорит о растущем влиянии извне.
