Но в годы Тяньбао по всей странев войска проходил набор,И всюду, где трое мужчин в семье,был из дому взят один.Ты спросишь, куда собирались гнатьнесчастных этих людей?Пять полных лун за тысячи ливоевать им в Юньнань идти.А мы уже знали, что в тех краяхнесет свои воды Лу.Когда осыпается перца цвет,над ней ядовитый туман…Бывало, входили в воду войска,кипяток обжигал тела,И еще в реке из десяти человекпогибало не меньше двух…И на юг от нас, и на север от нас —и крики, и стон, и плач.Сын покидает отца и мать,жену покидает муж.И все говорят — уж не в первый разиз ходивших войной на «мань»,Из десятков и сотен тысяч людейни один не вернулся домой…(Пер. с кит. Л. Эйдлина)

В 937 г. после серии переворотов и смен правящих династий престол Наньчжао захватил крупный военачальник Дуаньсыпин. Он принял титул «Святого, мудрого, просвещенного императора» и переименовал государство из Наньчжао в Дали. Постепенно отпали от него некоторые владения на юге и востоке, но в Юньнани вплоть до 1253 г. полновластными хозяевами оставались правители Дали. Только вторжение орд Хубилая повлекло за собой его гибель. В километре от западной окраины Дали на спине каменной черепахи — символа мудрости и долголетия — возвышается одетая в кирпичную кладку стела «Усмирения Юньнани». Установленная в первые годы XIV в. (по одним данным, в 1304 г., по другим — в 1306 г.), она обозначает место где войска Хубилая разгромили объединенные армии Дали, и содержит описание «подвигов» завоевателей. Испещренный иероглифами камень высотой 4,44 м и шириной 1,65 м печальный памятник губительного для аборигенов Юго-Запада монгольского нашествия.

Шесть веков существования Наньчжао-Дали были периодом развития уникальных культурных традиций дяньцев — предков современных народов Юньнани. В Наньчжао имелась своя иероглифическая письменность, традиции которой сохраняются доныне у наси и ицзу. В обращении широко ходили раковинные деньги. Изнурительным трудом рабов и пленных были построены крепости и дороги, возведены великолепные архитектурные ансамбли столицы Наньчжао — города Тайхэ, что означает «Великий мир».

Столица Наньчжао блистала великолепием. Высокие стены, протянувшиеся от вершины Фодин до берегов Эрхая, окружали территорию в несколько десятков квадратных километров, в центре которой лежал Тайхэ. Блестящей под ярким солнцем позолотой ослепляли путников стены дворца правителя Наньчжао, поражали своей роскошью жилища крупных военачальников и сановников, изящество конструкций и тонкая художественная роспись административных зданий говорили о богатстве и могуществе государства, а возвышавшиеся на его улицах и в переулках стелы славили его победы над сильными врагами.

Одна из этих стел и сегодня высится за воротами Тайхэ у обочины древнего, мощенного булыжником времен Наньчжао тракта. На массивном, два на три метра, камне высечен текст из почти 5 тыс. (3800 на лицевой и около тысячи на оборотной стороне) иероглифов. Автором надписи, рассказывающей о разгроме танских войск в период войны Тяньбао (742–755), был канцлер Наньчжао Ван Маньшэн. Стела была установлена в 766 г., затем утеряна и вновь обнаружена в 1788 г. Время стерло большую часть иероглифов, и ныне различимы лишь немногим более 700, но стела остается одним из самых старых и ценных памятников истории южного царства.

Сегодня лишь груды земли и камней, только отдаленно напоминающие когда-то мощные городские стены, свидетельствуют о былом блеске и величии Тайхэ.

Еще 3 км пути — и мы въезжаем в Сягуань.

Перейти на страницу:

Все книги серии Рассказы о странах Востока

Похожие книги