Он было слишком уязвим. Прошло много лет с тех пор, как они виделись вживую. Генерал была все такой же собранной и непоколебимой, только седина и морщины на лице и руках выдавали её возраст. В то же время в глазах все так же пылала воля к жизни, которую он помнил с детства.
Она обняла его, хотя едва доставала ему до плеч. Прижала к себе и он невольно склонился, чтобы ощутить родительскую ласку — заботу. Кайло был сейчас не взрослым альфой, а ребенком, которого защищали.
— Я скучала, Бен.
Он мог не понимать, даже ненавидеть своих родных, но Сила, эта криффова Сила убеждала, что все произнесенное соткано из искренности.
— Как же ты вырос.
Мужчина отстранился первым, когда начал ощущать, что ему неудобно стоять склонившимся длительное время. Умиротворённое выражение лица матери резко изменилось, она пыталась найти какие-то ответы на осунувшемся лице сына и ему резко стало очень стыдно: за что, он еще не понимал.
— То, как ты меня встречаешь, подсказывает мне, что нам нужно многое обсудить.
Наверное, так оно и было, но Бен, ощущавший себя таким неловким рядом с этой миниатюрной женщиной, был полностью растерян. Пока он летел в голове крутилось много мыслей, воспоминаний о детских обидах, всплывали подростковые конфликты и темы, о которых в их семье принято было молчать. Но пока все, что делал форсъюзер — неуверенно, исподлобья, как перепуганный тука, смотрел на мать. Он как будто снова вернулся во времена, когда был ребенком и Силой разбивал альдераанские предметы искусства.
Я просто подожду, когда твои дети будут доставлять тебе столько же хлопот, сколько и ты сейчас. Я буду наслаждаться твоей беспомощностью, ведь ты будешь слишком сильно любить этих шкодников, чтобы ругать их за сломанные вещи, которые не стоят и их волоса. Но, Бен, это была семейная реликвия дома Органа! То, что перешло бы тебе и твоим детям в наследство.
— У меня много вопросов, но ты не можешь надолго задержаться, да?
Альфа кивнул, соглашаясь. Ему особенно резко захотелось сейчас же оказаться рядом с Рей, ведь неловкость ситуации только усугубляла боль от их расставания. Вот бы она сейчас оказалась рядом с ним или он преодолел разделяющее их расстояние и покинул эту систему.
— Как поживает Рей?
Женщина сложила руки на коленях, выступ у стены послужил ей стулом. Бену показалось, что мать устала, но она не хотела акцентировать на этом внимание. Возможно, Лея так же как и он волновалась и эмоциально была истощена.
— Хорошо.
Он шаркнул ногой и опустил взгляд. Ну не мог он матери рассказать, что только недавно Рей подпустила его к себе. Если о растениях и сабакке он еще мог рассказать, то о том, как они находили общий язык в спальне, Бен не собирался трепаться. Хотя мужчина очень надеялся, что покрасневшие уши скрыл полумрак места.
После небольшой паузы, во время которой Лея внимательно рассматривала сына, женщина выдохнула и задала более животрепещущий вопрос:
— Как ты?
Кайло поднял взгляд на мать. Он не ожидал, что генерал переведет стрелки на него.
— Ты ведь тоже сбит с толку, — не понимая его реакции, объяснила женщина. Она немного сжала ткань брюк: — Мы не поднимали темы уз, когда ты был ребенком…
Бен посмотрел в сторону, и Лея резко замолчала. Да, это была больная тема для семьи Скайуокеров. Его дедушка умудрился запечатлеться с человеком без выраженной омежьей сущности, что говорило о том, что либо в её роде был кто-то из демилюдей, либо Сила могла соединять и совсем разные виды. В родословной Хана были демилюди, если верить его ДНК-тесту, но Бен никогда не слышал о родственниках со стороны отца. Да и контрабандист Соло тоже не был представителем чистокровных демилюдей, а вот…
— А ввиду истории Люка и Мары…
Бен выдохнул достаточно громко, чтобы его реакция стала очевидной. Союз двух форсъюзеров был как благословением, так и проклятием. Его мощь хотели изучить, Сила Диады делала их обладателей самоуверенными, и дядя за это поплатился.
— Бен, — Лея встала и подошла к сыну, обхватив рукой сжатую в кулак ладонь альфы. — Это нормально.
Что именно она посчитала нормальным, было сложно понять из контекста. Да и в голове альфы крутилось слишком много мыслей.
— Это нормально быть потерянным и бояться утратить счастье. Это нормально не быть уверенным в связи и желать её изучить. Я не знаю никого, кто был связан и не имел сложных отношений. Поверь, у тебя и Рей все происходит более-менее гладко. Вот мы с твоим отцом…
Бен будто пробудился и сжал ладонь матери, испуганно посмотрев ей в глаза. Как она могла читать его страхи, о которых он боялся даже задумываться, которые отрицал и не собирался даже выражать словами.
— Было бы наоборот странно, если бы не было сомнений и препятствий. Ваше запечатление менее удачное, чем у большинства форсъюзеров, но я уверена, что ты справишься. Вы оба справитесь.
Она гладила другой рукой его по предплечью — успокаивала.
— Ты стал таким взрослым. Мальчик, разбивающий старинные вещи из-за игры в пилота Сопротивления.
Вот это был удар ниже пояса, но давнее воспоминание вызвало у генерала смешок.
