— Как было дело? Расскажи! — подступил Ипатий к хивии. Он не приближался к шкафу, не старался ее увидеть, да и остальные привычно отводили глаза.
— Он подслушивал. Шпионил. Думал, что его не видят. Он тень! — хивия говорила тихо, с шипением.
— Вот он соглядатай! — с удовольствием проговорил Ипатий. — То-то мне чудилось, будто за мной непрестанно следят. Что ж, многое встает на свои места! Ваш секретарь, Зевий, шпионил для Порфирия!
— Дичь какая! — злобно буркнул Гвидо. — Где доказательства?! Голословно можно обвинить любого!
— У него была возможность открыть сейф и передать дневник Порфирию. Он постоянно терся в доме, знал, что происходит. Мог подслушать, что мы собираемся навестить Ари Травла, и потому Порфирий опередил меня. Но больше я никогда не объявлял о своих намерениях в доме, и Порфирий шел за мной попятам в других случаях, но никогда не обгонял. А вы, Ворм, почему его так защищаете? Он поставлял сведения и вам?!
Гвидо раздраженно топнул ногой, но не возразил. Ипатий резко обернулся к Трою.
— Вы морщитесь, Тибий, необычная буря эмоций! Как, неужели он шпионил и для вас?!
Трой звякнул брелоками.
— Вы позволили себя обвести вокруг пальца! — усмехнулся Ипатий.
— Он вызвался сам, продемонстрировав необычную способность становиться тенью, никем. И да, вы правы — он шпионил для меня!
Гвидо крякнул и почесал пятерней в затылке.
— Черт знает, что такое! — пожаловался он. — Никому нельзя верить!
— Выходит, — сказал Фотий, — этот плут обморочил всех. Вот только вопрос: кому он служил на самом деле?!
— Да ведь ясно же — Порфирию! — и Гвидо раздраженно брякнул пустым стаканом о столик.
— Конечно, это все безумно интересно, — устало проговорил Зевий. — Только я никак не пойму, чем это поможет Юстине? Что изменило разоблачение?
Ипатий, глубоко о чем-то задумавшийся, очнулся и ответил ему:
— Дело начинает распутываться. А разоблачение это укрепило меня в мысли, что, быть может, все не так очевидно, и Авделай служил вовсе не....
Он не закончил, щелкнул пальцами и отошел к столу. У Тибия Троя было такое сосредоточенное выражение лица, будто он старается закончить его фразу.
Глава 24
(Все тот же вечер. Продолжение.)
— Что там еще за шум?! Какой сегодня день неспокойный, — печально покачал головой Зевий.
На улице, действительно, раздавались голоса. Гвидо отодвинул шторы, вгляделся в темноту за окном. Хлопнула входная дверь, и появились стражи. Они вели с собой человека.
— Он слонялся возле дома, — страж вытолкнул пленника на середину.
— Лолий! — узнал его Ипатий.
Лолий Осик затравленно оглянулся по сторонам. Казалось, ему хочется забиться за шкаф, как недавно хивии. Дождь промочил его насквозь, волосы прилипли к голове, вода с плаща текла на пол лужами.
— На нем сухой нитки нет, — заметила Хриса. Она вернулась в кабинет, поддавшись уговорам жениха, и снова заняла кресло у камина. — Налейте ему выпить и дайте полотенец!
Лев Новит снова взял на себя труд и разлил ром по стаканам, щедро оделив двойной порцией Лолия.
— Эй, вы — обратился Гвидо к своим подчиненным, — заприте этого под замок да смотрите, чтобы он в себя не приходил!
— Я бы озаботился специальными амулетами или связывающим заклинанием, — сказал Фотий Коррик. — Не ограниченный, он сбежит ото всюду, где есть тени.
— Пока так сойдет, — проворчал Гвидо. — Пошлю молнию Эдию Хавту. Он найдет что-нибудь подходящее и заберет Варена в место повеселее этого.
Стражи подхватили под руки бесчувственного Авделая и поволокли вон.
— Что вы делали здесь? — поинтересовался Трой у Лолия. — Прогуливались перед сном или караулили кого-нибудь?
— Я... я, — выдавил Лолий. Лев подал ему ром, и тот взял стакан трясущимися руками. Невозможно было понять: от страха его трясет или от холода.
Ипатий встретил Лолия с удивлением, но теперь он хмурился, разглядывая старого друга.
— Что ты сделал, Лолий?! — потребовал он.
Лолий скользнул по нему глазами, и губы у него запрыгали.
— Что ты сделал?! — повторил Ипатий, подскакивая к нему и хватая его за плечо.
— Я... рассказал ему! Я больше не мог! Я так устал! — пробормотал Лолий, и слезы потекли, смешиваясь с водой, капающей с волос.
— Порфирию?
Лолий утвердительно затряс головой. Ипатий отступил назад, закусив губу. Трой поморщился, разглядывая Лолия.
— Дайте же ему полотенец, а потом допрашивайте! — крикнула Хриса. — Вы же видите: человек не в себе!
Домашний дух откликнулся на зов Хрисы, и в кабинет вплыли полотенца.
— И что-нибудь переодеться! — распорядилась она.
— Будьте мужчиной, Лолий! — брезгливо проговорил дознаватель. — Успокойтесь и объяснитесь.
Лолий залпом влил в себя ром, перевел дух. На лице его появилась решимость вынести все до конца, голос звучал глухо, но истерика прекратилась.
— Вчера утром ко мне пришел Порфирий. Он хотел знать о Звездах.
— Почему он обратился к вам и откуда у него ваш адрес? — тут же задал вопрос Трой.
— Этого я не знаю. Он не объяснил, а я не догадался спросить. И на меня что-то нашло, затмение какое-то. Я выложил ему все. Тайну, которую охранял пятнадцать лет! — слова Лолия прозвучали так, будто его самого это удивляло и ужасало.
