Элейна без особого труда преодолела расстояние между балконами, спрыгнула на нужный и осторожно заглянула в комнату через просвет между занавеской и стеной. Девушка некоторое время удивлённо наблюдала за представшим перед ней человеком, хоть его было и не очень-то удобно разглядывать из её укрытия. человек удивил её уже тем, что оказался неожиданно молод. Лефириус говорил, что он не стар, но о том, что он и его дядя практически ровесники, принц умолчал. Должно быть, это не было важно, так как не имело решающего значения, но всё же внешность Санара оказалась неожиданной, что привело к некоторой растерянности Элейны. Первое слово, приходящее в голову для описания брата Крафуса было слово «ухоженный». Он действительно следил за собой, и Элейна даже не могла определить: красив он сам по себе или нет, и был бы он красив, если бы, как они с Лефиром, провёл несколько дней в походных условиях. Санар был хорошо одет, у него явно присутствовал безукоризненный вкус как в одежде, так и в общей обстановке комнаты, в которой он находился. Он был строен, и лицо его имело довольно чёткие контуры. Если бы девушка встретила его на улице, никогда бы не подумала, что он может быть братом короля. Хотя, наверно, Крафус в молодости тоже был прекрасен, ведь и по сей день отблески былой красоты можно было разглядеть в нём. Элейна разглядывала его, благо, он не шевелился, и потому можно было спокойно следить за ним. Его волосы были причёсаны и волнами спадали на плечи, лицо и прекрасные карие глаза, особенно хорошо смотревшиеся на фоне светлых волос и бледной кожи, выражали крайнюю степень задумчивости. Однако это была спокойная задумчивость: было не ясно, думает ли он о чём-то приятном или тревожном. Санар невидящим взглядом уставился на хрустальный бокал, наполненный вином, и временами слегка вращал его в руке, наблюдая за колыханием содержащейся в бокале жидкости и игрой отсветов огней в вине. На полу стоял явно пустой кувшин, а на столике несколько явно полных. Молодой человек полулежал на мягком диване, вытянув ноги. Девушка подумала, что должно быть, он выпил уже много, и о том, что дядя принца из тех, кто от вина впадает не в буйство, а в задумчивость. Она решила подождать ещё немного, резонно рассудив, что увеличение количества выпитого им вина позволит их разговору пройти без рукоприкладства. Она ещё раз оглядела Санара, и позавидовала ему: по его виду можно было сказать одно: если у него и было, о чём подумать, то делал он это лениво и неторопливо, ему было спокойно и приятно. Умиротворённый дядя Лефира вызывал у Элейны желание подойти и хоть чем-нибудь испортить ему это состояние. Девушка не знала, что в этом мужчине раздражало её больше: то, что ему хорошо, когда Лефиру плохо, или то, что ему вообще хорошо и не приходится разбираться в чьих-то интригах. Вдруг она задумалась над тем, что, возможно, он думает о чём-то достойном, например, о спасении принца. Но о чём бы он ни думал, его вид раздражал. Она представила, как подойдёт и выбьет из его рук бокал, и тот разлетится на мелкие осколки, разбившись вдребезги у ног Санара, предварительно в полёте обязательно перепачкав его светлую рубашку и бежевые брюки красным вином, что хоть немного подпортит его ухоженный вид.
И всё-таки что-то общее между принцем и его дядей было. Тот же длинноватый нос, те же тонкие губы и стройное сложение тела выдавали родство между этими людьми. Кажется, у них ещё было схожее строение челюсти...
Так как время позволяло, Элейна добралась до лестницы и быстро вскарабкалась на крышу. Лефир ни о чём не спросил, терпеливо ожидая объяснения, почему она передумала говорить с Санаром. Девушка не стала тратить драгоценное время и заговорила первой.
- Он молодой, – сказала Элейна недовольным голосом с несколько обвинительными нотками, словно это он был виноват, что у него такой дядя.
- Ну да, - принц широко улыбнулся, явно заведомо зная, что Санариус своим видом удивит её, и теперь забавляясь этим. – Он молодой. И красивый, как многие считают. Это что-то меняет? Молодой и красивый не может вызывать у тебя подозрений? – он лукаво смотрел на девушку, и в серых глазах его прыгали смешинки.
Ну, конечно, самое время! Она нахмурилась: принц был какой-то мало того, что наивный, так ещё и постоянно его глаза веселились в неподходящие моменты. От этого хотелось понять, что происходит в такие моменты в его голове, но на это времени не было.
Элейна позволила себе долгий взгляд глаза в глаза, после чего подошла к краю крыши и присела на корточки, готовясь спрыгнуть обратно, не утруждая себя долгим лазаньем по лестнице и балконам.
- Ты можешь спуститься тоже и понаблюдать, – сказала девушка, не оборачиваясь. – Он пьян. Не сильно, но я отвлеку всё его внимание, сейчас оно у него рассеяно, и тебя он не заметит.
Лефир прекратил улыбаться, чувствуя, что Элейна искренно недовольна тем, что не получила исчерпывающую информацию о Санаре заблаговременно.
