Первым был допрошен Плотицин. Перед этим на его одежде, на обуви, под ногтями нашли следы крови.
— Откуда на вас эта кровь?
— Из носа шла, — ответил Плотицин.
— Вы уже трижды судились за кражи, — проводивший допрос Антифеев, — трижды отбывали наказание в колониях, причем д сказал лительное время. С кем вы в колониях дружили? Встречаетесь ли с этими людьми теперь? Только не увиливайте. Говорите правду.
— А я и не собираюсь увиливать, — промолвил Плотицин. — Встречаюсь с Ушаковым, с Грузинским…
Он говорил так откровенно, ибо не думал, что в руках у следствия есть вещественные доказательства его преступления.
— Когда вы виделись со своими приятелями последний раз?
— Вчера.
— Что делали?
— Посидели в кафе, выпили, потом погуляли по городу.
— И все?
— Все.
— Скажите, Плотицин, — как бы невзначай, задал вопрос следователь, — вы фотографией интересуетесь?
— Нет.
— Значит, не увлекаетесь?
— Говорю, нет.
— Фотоаппарат когда-нибудь имели?
— Никогда не имел, — ответил Плотицин несколько растерянно. — А что?
— В таком случае ответьте, где вы взяли этот? — И следователь, достав из стола фотоаппарат, изъятый у Щ., показал его Плотицину.
Вся наигранная бодрость мигом слетела с Плотицина. Он не знал, что ответить. Молча смотрел он, на фотоаппарат и никак не мог оторвать от него взора, будто фотоаппарат гипнотизировал его своим стеклянным глазом.
— Значит, все уже знаете?.. — выдавил наконец он из себя. Голос его внезапно охрип.
— Да, знаем, — кивнул головой следователь. — Ведь это тот самый фотоаппарат, который вы вместе с другими вещами взяли на Карповке. Вот и след от серебряной таблички с дарственной надписью — монограммы. Видите? Надеюсь, теперь вы не станете запираться?
— Записывайте, — коротко бросил Плотицин. И, помолчав, добавил: — Все буду говорить. Чего уж там играть в жмурки!
Точно такое же происходило в соседней комнате, где допрашивали Ушакова. Этот человек тоже не раз отбывал наказания за кражи. Кровь, обнаруженная на его одежде, а также предъявленные ему в качестве улик два золотых кольца, быстро заставили его «расколоться», отказаться от лжи, сознаться в преступлении.
Плотицин и Ушаков назвали третьего участника банды — Грузинского, который, как выяснилось, и являлся организатором нападения на квартиру. Грузинский был тоже трижды судим за кражи и приговорен в общей сложности к двадцати четырем годам лишения свободы.
Никаких выводов из длительного пребывания в заключении все трое для себя не сделали. Честно трудиться они не хотели, интересовали их только деньги, в поисках которых они бегали с одной работы на другую. Семьи являлись для них обузой. Манила лишь легкая, праздная жизнь. Посидеть в какой-нибудь столовой, тайком от официанток распить пол-литра водки, оставив пустую посуду под столиком, потом снова зайти в буфет и снова выпить, выпить у пивного ларька, на вокзале, в парадной, пить, пить и пить, заглушая мысли, сомнения, страх. И ничего более. Но выпивка требовала денег. Мелкие кражи, которыми они пробавлялись до сих пор, всех троих уже не устраивали. Сговорившись, они решили совершить налет на одну из квартир вблизи Большого проспекта Петроградской стороны, где жил подпольный скупщик золота. Под видом человека, желающего продать драгоценности, Ушаков посетил эту квартиру и пришел к выводу, что «совершить ограбление стоит».
7 марта Грузинский, Ушаков и Плотицин встретились у станции метро «Горьковская». Было тихое раннее утро, медленно падал снежок, в парке сторожа расчищали дорожки, кое-кто из ленинградцев еще ехал на работу, а три дружка, подняв воротники и опасливо оглядываясь, распределяли между собой оружие: Грузинский взял кортик, Ушаков — лом, Плотицин — самодельный стилет. Перед тем как отправиться на грабеж, зашли в столовую, где выпили «маленькую» и бутылку вина.
Возможно, намеченное нападение и состоялось бы, если б не неожиданная встреча в парадной дома со знакомой Грузинского. В тот момент, когда все трое уже поднимались по лестнице, направляясь в квартиру, она спускалась. Грабители столкнулись с ней лицом к лицу. Грузинский сделал вид, что обрадован встречей с девушкой, постоял с ней пару минут, поговорил. Потом она пошла в одну сторону, а бандиты — в другую. Вернуться назад они уже не посмели.
Однако желание ограбить кого-нибудь не пропало. Посовещавшись, преступники решили избрать в качестве объекта нападения дом на набережной Карповки. Выбор пал на квартиру Вадима С.
Позвонили. Отрекомендовались корреспондентами газеты и, получив любезное приглашение хозяина, вошли. Сразу же на С. обрушились удары ломом. Преодолев упорное сопротивление Вадима, бандиты расправились с его тещей, ограбили квартиру, закрыли дверь и ушли, оставив истекавших кровью людей. Лишь искусство врачей помогло Вадиму избежать смерти, но инвалидом он остался на всю жизнь.
Преступники полагали, что их не найдут. Но они просчитались. Оперативность милиции, мастерство следователя и других людей, участвовавших в расследовании преступления, позволили обнаружить их следы в тот же день, а на второй все трое были уже обезврежены.