Если «специальностью» Вассермана были, главным образом, холодильники и автомашины, то другая мошенница — Нина Александровна Александрова — подвизалась в основном на «жилищном поприще». Она сумела убедить многих простаков, что лично знакома с рядом ответственных работников, ведающих распределением жилья, и предлагала свою помощь либо в получении квартиры, либо в приобретении по сходной цене дома где-нибудь в пригороде.
— Вы в самом деле можете помочь? — обрадованно спрашивал иной, наивно полагая, что «обходной маневр» — наиболее верный путь к получению двух-, а то и трехкомнатной квартиры.
— А как же! — уверенно отвечала Александрова. — У меня есть одна знакомая, ответственный работник горжилотдела — Рахиль Ароновна. Чудная бабка! Она все может сделать. Разумеется, ей надо кое-что подкинуть… Что поделаешь! Человек, особенно женщина, — слабое существо! Кто из нас не без греха?..
Мысль о том, что скромный работник сберегательной кассы, каким являлась Александрова, просто наглая вымогательница, обманщица, так же как и то, что никакой Рахили Ароновны из горжилотдела, этой «чудной бабки», и в природе не существует, как-то не приходила в голову желающим воспользоваться «блатом». Таким невинным был взор Нины Александровны, так искусно разыгрывала она роль всемогущего и отзывчивого человека.
Заведующая сберкассой Александра Алексеевна Дикарева попросила помочь ей получить отдельную квартиру. «Для вас, Александра Алексеевна, я сделаю, понятно, все, — ответила Александрова. — Дайте только 300 рублей для Рахили Ароновны». Прослышав об этом, заведующая соседней сберегательной кассой Нина Георгиевна Рассказова тоже возымела желание с помощью Александровой улучшить свои жилищные условия. «300 рублей — и все будет в порядке!» — потребовала Александрова.
Контролер сберкассы Татьяна Андреевна Бодягина имела двухкомнатную квартиру. Но как было не воспользоваться любезностью Нины Александровны, а через нее таинственной и всесильной Рахили Ароновны и не переехать в трехкомнатную квартиру? Тем более что это будет стоить «всего 500 рублей». Зато как расписывала Александрова новую квартиру! В лучшем районе. С встроенной в стены мебелью. С финской кухней. С окнами на Московский парк Победы. «Вы встаете рано утром — и к вам в комнату заглядывают деревья. Вы слышите, как щебечут птицы… Это же прелесть!» Да, Нина Александровна обладала даром красноречия.
Некто Монахов познакомился с Ниной Александровной через окошко сберегательной кассы. Он поведал ей, что желал бы приобрести где-нибудь неподалеку от города дачу. «Дачу? Я вам, кажется, помогу. Мой брат занимается конфискацией имущества у осужденных и легко устроит вам дачу без всяких торгов». Услышав это, Монахов рассыпался в благодарностях, а спустя некоторое время отсчитал Нине Александровне 850 рублей.
Прямо-таки диву даешься, до чего же бывают легковерные люди! Стоило только обманщице упомянуть с многозначительным видом о своем «брате», как Монахов тут же поверил этой выдумке. Бухгалтеру сберкассы Кузьминой, желавшей купить мотоцикл, Александрова, ссылаясь все на того же мнимого «брата», пообещала достать «прекрасную машину», из числа тех, что идут с «аукционов на Дворцовой площади». И, казалось бы, образованная женщина приняла эту явную чепуху за чистую монету. Ей и в голову не пришло, что такие аукционы существуют только в ее воображении.
Но особенно широкую клиентуру Александрова нашла среди инженерно-технических работников киностудии «Ленфильм». Нисколько не задумываясь, открывали они перед ней свои сумочки и кошельки, отсчитывали купюры в надежде, что эта бойкая, деловая, вечно озабоченная женщина с папкой бумаг под мышкой поможет им в улучшении жилищных условий, причем незаконным путем. А Нина Александровна, делая вид, что хлопочет, водила людей по разным учреждениям, назначала с ними встречи у горжилотдела, называла адреса домов, в которых они будто бы получат квартиры. Если же кто-нибудь, потеряв терпение, спрашивал, когда же будет ордер, она сердито отвечала:
— А ты как думаешь — Рахиль Ароновна имеет дело только с тобой? Ошибаешься! Вот на днях она устроила квартиру — знаешь кому?..
И она называла имя известного артиста. А популярный артист, разумеется, и знать ничего не знал.
Александрова же продолжала:
— Кстати, надо будет не забыть девчатам, тем, что ордера выписывают, подарок сделать. Духи купить или что-нибудь другое, хотя бы коробку шоколадных конфет… Знаю, знаю, что деньги тебе достаются потом и кровью, да что поделаешь? Любишь кататься — люби и саночки возить…
Вручая последние деньги, якобы на духи и шоколадные наборы, люди наивно рассчитывали, что увидят свое имя в списках на получение жилплощади. Они действительно попали в списки, только в другие. В списки свидетелей по делу мошенницы Александровой.