я видел всех убитых без возврата».
Голова пошла кругом, и она выронила лист. Перед глазами снова возникли образы из уже забытого сна. Склизкие стены, жуткая вонь и эта тень, что преследовала её по коридорам… Вера решила больше ничего не читать, собрала весь мусор и выкинула в ведро.
Утром она попыталась дознаться у Коли, что это были за странные строчки в черновиках, но тот отмахнулся: «Слишком много выпил».
Пока она собиралась на работу, Коля сказал:
– Ты прости меня, Вер. Я вообще стараюсь так сильно не пить, но вчера… что-то накатило.
– И ты накатил?
Он пожал плечами.
– Ну да. Накатил. Мне нужно было выпустить пар.
– Предупреждай заранее, потому что мне не хочется быть свидетелем подобных сцен. Навидалась в детстве.
Николай посмотрел на неё долгим немигающим взглядом и жестом предложил обнять его. Вера прильнула к нему. И внутри у неё сразу стало так спокойно, будто и не было ночной сцены.
– Прости, если я творю дичь. Иногда меня заносит. Но я обещаю, что это очень-очень-очень редкие случаи.
– Хорошо.
Из-за пришедшей в Москву жары день был длинным, изматывающим. Как назло, в офисе полетел кондиционер, и полноватые мужички в рабочих комбезах изредка шастали по комнатам и осматривали фронт работы. Сотрудники издательства, тем временем, спасались настольными вентиляторами и кулером с водой, да так часто, что у последнего периодически скапливалась крохотная очередь. Некоторые обсуждали очередное исчезновение девушки в Щёлковском парке. Версии были разные: от очередного паркового маньяка до загородного секс-отеля для мажоров, прям как в сериале «нулевых».
От духоты Веру постоянно подташнивало или клонило в сон. Она попробовала развести себе холодный кофе и вылила всё в унитаз. От отчаяния хотелось наплевать на принципы и побежать в ближайший супермаркет за энергетиком.
Она дожила до вечера на морально-волевых и Колиных смс-ках. Парень слал ей поддерживающие посты с котиками и стикеры с обнимашками. Не весть что, конечно, но бросить статью о новой коллекции известного модельера из Франции она не могла. Никак. Тем более, что написать было о чём – кутюрье представил на суд публики своё видение магических способностей, выраженных платьями. Попытки подобного уже предпринимались, но дальше рунических росписей дело не доходило. А француз вот выделился. Например, магию теней модельер отразил в складках невесомой фаты, ниспадающей по спине модели, а пиромантию представил, как переливающееся блёстками платье, которое создаёт впечатление, будто одежда горит на модели. Жутко и красиво.
К концу дня текст готов не был, и Вера корила себя за несобранность. Сдавать его нужно было в пятницу, впереди было ещё два дня на дописывание и полировку, но она всё равно могла быть продуктивнее.
С этими мыслями она спустилась на лифте и вышла через холл в обжигающую духоту. Коля запаздывал в пробке, так что Вера написала парню, что будет ждать его на парковке возле супермаркета. Ей срочно нужно было приложить бутылку холодной воды к груди. Она перешла через дорогу и на автопилоте шла ко входу в магазин, когда её окликнули со спины. Не совсем осознавая свои действия, Вера обернулась. Это был Саша. С букетом цветов в одной руке и коробочкой «Рафаэлло» в другой. Его любимый способ извинений. Вера сперва сделала к нему шаг, но затем внутренне остановила себя. Нет, она закрыла для себя эти отношения, перевернула страницу. Нужно держать себя в руках.
– Ты не рада меня видеть?
Саша лучился счастьем. Надел белую рубашку и бежевые шорты (купил, наверное). Лицо было такое свежее, ухоженное, как будто после барбершопа. Даже вечно встрепанные светлые волосы умудрился уложить. Готовился, видать. В тот момент, когда он возмущенно хлопнул дверью в её душе, выглядел он неважно. По любому какая-то баба приложила руку к такому преображению.
– Здравствуй, Саша, – игнорируя вопрос, сказала Вера.
– Так официально, что аж зубы сводит.
Он подошёл вплотную, и Вере пришлось отшатнуться, чтобы в её пространство не вторгались. Саша заметил это движение, и улыбка сошла с его удивительно довольного лица. Он остановился так, что солнце слепило ей глаза, потому она опустила взгляд, прямо в надпись на футболке: «It will be your way».
Про себя Вера подумала: «
– Интересно девки пляшут. Вера, это же я.
– Да, я тебя вижу прекрасно, – всё ещё щурясь, ответила Вера.
– Даже не обнимешь?
– А зачем, Саш? Когда ты уходил, то ясно дал мне понять – я тебе не нужна. Как ты сказал?
Саша не ожидал её напора, отступил на пару шагов, заслонив головой солнце. Его светлые волосы от этого «запылали».
– Вырвалось по глупости. Но я осознал, что без тебя не могу, – начал оправдываться Саша. Вера всплеснула рукой, прекращая поток бессмысленных слов. Внутренне она ощутила доселе немыслимую смелость.
– Знаешь, прийти ко мне на работу с цветами и конфетами – это слишком пошлый жест. Даже для тебя.
– А что тогда? Ну, хочешь на колени встану?