– Крыша-то выдержит? – несмело спросил Иван.
– Выдержит, а твоя? – препод долго, не мигая, посмотрел на Ивана и бросил картофелину в котелок.
«Вот же скот!» – выругался в мыслях Иван.
За последние несколько дней отношения между шаманом и юношей несколько потеплели. То ли преподаватель заметил тягу ученика к знаниям, то ли потому что Иван старался исполнять все поручения и не сильно мешался под ногами. Кроме того, он стал чаще гулять. Погода, правда, не позволяла уходить далеко – на Урал обрушились дожди, а с ними и шквалистый ветер, поминутно терзавший кроны деревьев. Вот и сейчас он налетел пуще прежнего: перекрытия заныли, окна задрожали. Банки на полках застучали невидимыми зубами.
Внутри избушки действовали особые законы мироздания: зайдя внутрь, человек словно уменьшался в размерах. Снаружи она выглядела, как небольшая землянка с покосившейся крышей. Но внутри казалось более чем вместительной: зал-кухня с традиционной русской печью, две прилегающие к ней комнаты для учеников, кладовка у второго выхода, в которой хозяин дома держал инструменты и два больших медных котла. По бокам от печи висели ящики и полки. Как объяснил Леший, слева он хранил съедобные припасы, справа – ингредиенты для опытов. На протянутых по стенам верёвках висели веники засушенных трав. Гербологию Иван знал на «отлично», но некоторые травы он видел впервые. Обязательным атрибутом каждой комнаты был ловец снов. Они были развешены над входными дверьми и каждой кроватью. Михаил Михайлович мастерил их в своей спальне, выплетая из ниток неповторимые разноцветные узоры.
– И часто у вас такое? – Иван попытался отвлечься разговором. – Ну, бури.
– Не редкость. Место тут… неспокойное. Я зову его избытком. Здесь горы создают магнитное поле, подземные воды питают местные озера, а ветра пронизывают долину, образуя естественные потоки магии. Почти что триединство стихий.
– Огня только не хватает, – догадался Иван.
– Ему в лесу и не место…
Леший дочистил последнюю картофелину, взял котелок и отнёс к печи. Ветер совершил очередной налёт на дом, отчего даже хозяин дома посмотрел наверх.
– Так выдержит? – заелозил на месте Иван.
– Дом усилен чарами. Обычная буря с ним не справится.
Учитель подошёл к окну и всмотрелся в темноту леса. Сильный, колкий взгляд чародея, казалось, видит тьму насквозь.
– Что там?
Но Леший не посчитал нужным ответить. Он вернулся к печи, задвинул котелок в горнило и закрыл заслонкой.
– Разливай чай.
Ивану не нравился приказной тон учителя, но проведённые в обществе старого чародея дни научили Ивана одному правилу – приказы лучше исполнять.
Когда они пригубили наваристый чай на травах, с улицы донёсся громкий треск. Леший подскочил к окошку. Часть его лица осветило что-то голубое.
– Да чтоб тебя!
Не задумываясь, он бросился к двери чёрного хода и выскочил на улицу как был: в рубахе, коротких штанах до колен и вязаных домашних тапках. Иван последовал было за преподом, но замер в нерешительности. Ветер трепал дверь, а с улицы шло странноватое голубое свечение, живо напомнившее ему фильмы про инопланетян.
– Эй, городской! Подсоби! – послышался голос Лешего с улицы. – Бегом, бездарь!
Окрик взбодрил Ивана. Он выскочил из дома и получил от ветра под дых. Лицо и волосы тут же намокли от дождя. Молния разрезала чёрное небо. Через мгновение всё вокруг озарилось белым свечением. Иван закрыл глаза руками, не успев ничего понять. Из оглушительного треска прорвался крик Лешего:
– Ну же! Помоги мне!
Открыв глаза, Иван увидел перед собой удивительную картину. Он лежал перед огромной цистерной в два человеческих роста высотой, вершину которой украшал длинный жезл. По всей видимости, это был какой-то очень хитрый громоотвод. Леший сидел на цистерне и пытался сбросить упавшее дерево.
Юноша поспешил подняться по лестнице. Ствол дерева сделал в цистерне солидную вмятину и сквозь маленькие трещинки сочился голубоватый эфир.
– Помоги спихнуть это бревно!
Внезапно цистерна дрогнула. Юноша в последний момент успел ухватиться за дерево и потому не соскользнул вниз. Препод крикнул сквозь бурю:
– Твоё коромысло!
Только сейчас Иван заметил, что громоотвод вставлялся в мини-центрифугу на макушке цистерны. Упавшее дерево разбило защитное стекло, а ветви застопорили механизм. Леший мягко соскользнул на землю и скрылся в доме. Сквозь струйки воды, Иван оглядел задний двор избушки. Рядом возвышались ещё четыре таких же цистерны с громоотводами. Похоже, они находились в какой-то скрытой зоне: Иван столько раз гулял вокруг дома, но никогда не видел их раньше.
Голубоватый эфир просачивался всё сильнее. Над Иваном растеклось целое северное сияние. Оно переливалось, искрилось, призывало коснуться. Он протянул было руку к нему. Синие языки свечения лизнули его ногти…
– Не вздумай! – послышался окрик снизу.
Иван инстинктивно одёрнул руку. Михаил Михайлович стоял на крыльце дома. Он поднялся на цистерну и всучил юноше небольшой топорик.
– Вы что… энергию молний копите? – слова Ивана прозвучали, как обвинение.
Леший дал юноше подзатыльник.
– Жить хочешь? – грозно спросил препод. – Тогда руби!