Все время Костя лежал то на кровати, то на диване, не важно. Эмоции… он больше ничего не мог чувствовать. Лишь свою беспомощность, ненужность в этом мире. Костя больше ничего не мог делать. Просыпался утром, чтобы вновь вечером уснуть. Дни становились неприятным раздражением. И Косте приходилось каждое утро сталкиваться с ним. Каждый день думал, лучше бы он быстрее закончился. Костя не искал смысла, чтобы вновь проснуться утром. Он не понимал, зачем живет. Косте было нужно что-то такое, чтобы вновь пережить новый день.
И нет. Он работал, как минимум пытался. Только уже давно не в сфере медицины. Там, где не обязательно с кем-то общаться, где тебя окружает мало людей, где не будут расспрашивать о твоем состоянии. Он устроился архивариусом в музее, который находился недалеко от его дома. Хотя бы работа его не нервировала. Почти…
Изредка он выходил гулять, в надежде, что сможет почувствовать хоть что-то: радость, грусть, не важно. Но ничего не происходило в его засохшем, почти мертвом внутреннем мире. В один из таких дней он уже покупал веревку, думая, что так сможет все это закончить. Но смелости так и не хватило. Никакие эмоции не вызывали ни трясущаяся бабушка, выпрашивающая мелочь в переходе, ни кошка, которая бегала за ним, думая, что он ее покормит. Он их как будто не замечал. Был в своих пустых мыслях, в своем мире. Часто приходил на вокзалы. Очень часто. Выход туда был открыт для всех, хотя и не безопасен. Костя прошелся по мосту над железной дорогой и вышел к станции. Толпа людей лишь угнетала его настроение. «Зачем я вообще сюда прихожу?» Но сердце чувствовало, чего желает…
В один день, когда он смотрел на приближающийся поезд, он подумал: «А может быть прыгнуть под него? Никто же не заметит смерть никому не нужного человека».
Костя уже готов был это сделать, стоя прямо около черты, но поезд приближался, а Костя цепенел. Не так-то это легко, разом покончить с этим миром. Нет, Костя решил, что не сегодня. Он уже хотел уходить, как поезд остановился. Костя из-за плеча взглянул на него, как увидел мой силуэт в окнах вагона. Я выпрыгнул из вагона, но даже не посмотрел в его сторону, не заметил его. А он все видел. И сразу возникли вопросы: «Почему он здесь? Почему на поезде, а не самолетом? И где Катя? Может быть, она осталась в городе, дожидаться Илью. Или прилетела на самолете, а Илье нужно было куда-то в другое место съездить или слетать, неважно. Почему его никто не встречает? Странно. А какой сегодня день?– Костя вспомнил наконец.– У меня ведь день рождения завтра. Может быть, ради этого и приехал? Спустя столько лет, именно сейчас? Но ведь Илья так мне и не ответил, вроде бы, даже не прочитал… может, все еще обижается? Хотелось бы с ним прямо сейчас поговорить… но, думаю, не стоит. Все же если он меня ненавидит, то стоит ли усугублять дело? Думаю, что нет. Ох, но надо же как-то пригласить его, что ли. Иначе я не могу. Мы же когда-то друзьями были…». С такими мыслями, немного оживившись, он ушел с вокзала.
Пришел домой и, не раздеваясь, начал думать: «Как его можно пригласить? Написать еще раз в интернете? А вдруг не ответит? Когда я в последний раз заходил на его страницу-то? Даже не вспомню. Нет. Думаю, интернет отпадает. Может быть, письмо? Точно! Письмо. Но как отправить? По почте слишком долго… а другие варианты есть? Давай, дырявая голова! Нет. Письмо, так письмо, а как отправить, потом придумаю…».
Костя нашел в своей квартире несколько чистых листков и ручку. Писал, прочитывал и разрывал на большие кусочки, выкидывая в корзину с кухни, которая обычно стояла в шкафу под раковиной. Костя думал, что написанные им письма настолько неудачны, что лучше их никогда не отправлять. Даже подумывал над тем, чтобы их сжечь, надеясь, что их так вообще никто не прочитает. Подходило время обеда, но это его мало заботило. Косте нужно было лишь написать чертово письмо. Он сидел в квартире, вокруг была разбросана одежда, листки бумаги, стояла грязная посуда, но его это пока не волновало. Остался последний листок, и он уже не надеялся на что-то хорошее. Так и случилось, последний исписанный листок был никаким, на его взгляд. Но выкидывать его не стал: «Лучший из худших. Или просто последний…»
Сложил его в несколько частей, положил в карман, нашел немного денег и вышел из квартиры. Ему нужно было еще многое сделать. Костя жил рядом с маленьким кафе, в которое раньше заходил в одиночестве. Так и сейчас. Заказал что-то поплотнее, он уже не помнил, когда ел что-то с аппетитом. Сегодня он вновь почувствовал жизнь. Еда показалось ему безумно вкусной. Костя словно ощущал эйфорию с каждого проглоченного куска, с каждой ложки. Одно блюдо уходило за другим, пока он не наелся. Затем он продолжил свой путь. Ему нужен был конверт. Не просто же давать в руки бумажку. Пришлось идти на почту.
