— Позвольте полюбопытствовать, как вы оказались на попойке с бравыми горцами? — улыбнулся одними уголками губ Северус.
— Так уж вышло. Зато мы направимся в лес оборотней не одни, а с целым отрядом воинственных шотландцев. Как вам такая новость? — гордо произнёс юный маг.
Дуэйн и Северус переглянулись, а потом, посмотрев на Гарри, оба синхронно кивнули.
— Да, это неплохая идея, — озвучил их общее мнение Бёрк.
— А что вы там говорили о новости, которая касается безопасности Гарри? — уточнил профессор.
— Один мой очень ценный, как я теперь уже понял, агент, с которым вы тоже сталкивались — это он организовал нам первую встречу с Витрие, прислал мне важные новости в виде записи разговора. Звук будет немного своеобразный, так как говорящие были закрыты заглушающими чарами, но у нас есть против них серия отличных усиливающих антенн-артефактов, замаскированных под разные мелочи. Этот сделан в виде миниатюрного зонтика, которым, как мне объяснили, маглы украшают стаканы со своими напитками. В раскрытом виде работает как направленная антенна с многократным усилением звука и подавлением шумов. Нам нужен Омут памяти.
Кричер, не появляясь, выставил артефакт на стол.
— Я уже видел это воспоминание несколько раз. Смотрите вы, Гарри с Северусом,
214/690
а потом наши дамы.
Пока все не ознакомились с содержанием беседы Дамблдора и Лонгботтома, в зале была тишина. Каждый размышлял над тем, что увидел. Когда девушки вынырнули из Омута, Дуэйн сразу взял инициативу на себя:
— Я полагаю, что Дамблдор говорит о той гадости, которую мы удалили у вас из головы, Гарри. Именно её он собирается активировать.
— Я тоже так и подумал.
— А что за «гадость»? — уточнила Одра.
— Вы что-нибудь знаете о червях Экриздиса? — спросил Бёрк у девушек, не посвящённых в тайну знаменитого шрама Мальчика-Который-Выжил.
— Нет, — ответила за всех Одра, и теперь уже Дуэйн сгрузил в Омут памяти свои воспоминания об операции, которая была сделана Гарри. Их просмотрели не только ведьмы де Гастингс, но и Северус, который знал об этом факте, но глазами не видел.
— Мерзость какая, — заявила Кэтрин, которую едва не стошнило от вида вытащенного червя.
— Значит, у Дамблдора есть что-то вроде его активатора, который нужно каким-то образом ввести в тело Гарри. Я думаю, что это может быть просто укол каким-то зельем, или что-то физическое, вроде серьги или браслета. Да что угодно, гадать бесполезно. Главное, что у Гарри в голове уже ничего нет, да и шрама тоже нет, — высказался Бёрк.
— Это ничего не значит. Кто знает, кого пошлёт Альбус для своего чёрного дела и какой вред может нанести этот активатор в отсутствие червя, — разволновался Северус. — Вам нельзя больше выходить из дома!
— Это невозможно, профессор. У меня на завтра пригласительные на игру моей команды в Глазго, я хотел отправиться туда с Одрой и Кэтрин.
— И вы от этой идеи, конечно, не откажетесь? — уточнил зельевар.
— Увы! Имею я право на один выходной? — обиженно проговорил Гарри.
— Дайте вашу руку, я надену на вас этот браслет. Это личный щит. Активируется словом murus или сжатием его второй рукой в случае, если вы потеряете возможность говорить. После активации никто не сможет до вас дотронуться, заклятия первого и второго уровня тоже будут им удерживаться, — сказал Северус, сняв с со своего запястья не привлекающий внимания плетёный кожаный браслет и завязав его на руке Гарри.
— У вас есть идеи относительно личности того, кто будет выполнять поручение? — спросил Дуэйн.
— Если это не Гермиона, не Невилл или не кто-то из Уизли, то никаких других кандидатур у меня, увы, нет, — пожал плечами Поттер-Блэк.
— Тогда бойтесь всех знакомых, которые неожиданно окажутся рядом с вами, и
215/690
что бы они ни говорили — не верьте никому!
216/690
Примечание к части В качестве подарка к 23-му джентльменам, и дамам, как их боевым подругам, сподвижницам, соратницам и пр. и др.
Глава 28. В Глазго & Первая казнь
Гарри, Одра и Кэтрин с утра отправились в Глазго. Дуэйн Бёрк дал Одре, как самой старшей из туристов, адрес магической улицы Глазго и тамошнего агентства магических путешествий, чтобы они там взяли гида-сопровождающего. Глазго — это не Эдинбург, где в исторической части города в витринах повсюду килты и волынки, и можно полдня просто бродить по улицам и не заметив, как пройдёт время. Здесь к осмотру города стоило подойти организованно.
Гид, который должен был показать самое главное за пять часов, что были у путешествующих волшебников, выглядел весьма эксцентрично. Шотландцы считают себя колоритной, самобытной и независимой нацией и проявляют это везде, где могут. Дугрей Скотт, а звали гида именно так, был в костюме-тройке, состоящем из пиджака, жилета и брюк, что были пошиты из шотландского твида тёмно-серого цвета с орнаментом в крупную клетку красного и синего цветов. Белая рубашка была украшена красной бабочкой, а на ногах у него были ботинки из охристой замши. Несмотря на все это цветовое великолепие, его наряд смотрелся органично и не портил яркую внешность голубоглазого блондина, которым был Дугрей.
