Лорду Принцу стало скучно. Без Дамблдора пир в честь начала учебного года был уже не тот. Не нужно было искать глазами Гарри, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке. Следить, чтобы между Гриффиндором и Слизерином не было стычек хотя бы в день приезда. Сейчас у львов пока не были выявлены претенденты на факультетское лидерство. Старостами в отсутствие Гермионы Грейнджер и Рона Уизли были назначены Невилл Лонгботтом и Лаванда Браун. Возможно, новый староста всё же попытается привести в действие план Дамблдора и устроить противостояние новой власти в границах школы. Всё это выяснится в ближайшее время.
Песни Шляпы в этом году тоже не было. Новый директор ещё утром переговорил с разумным артефактом, и они вместе пришли к выводу, что для всеобщей безопасности в этом году можно обойтись без пророческих строк. Речь Северус сказал краткую. Поприветствовал новичков, только что поступивших в Хогвартс, сказал, что все рады видеть и остальных студентов, прибывших на очередной
учебный год. Напомнил о важности O.W.L.s[108] [109] и N.E.W.T.s; о необходимости соблюдать распорядок и правила поведения в Хогвартсе. На этом всё. Остальное расскажут деканы.
Хорошо бы Гарри разобрался со всем побыстрее, иначе год выдастся ещё тот…
***
Лорд Принц прислал в Три ворона сообщение, что среди Пожирателей Смерти Кевина Стефенсона нет. Это была хорошая новость. Логичнее всего бы было обратиться к нему самому Гарри, но лишний раз рисковать, появляясь в Министерстве, не хотелось, а где живёт Стефенсон, не знали ни его начальник, ни коллеги. Небольшое досье на него помог собрать Кингсли Шеклболт, который вместе с Эммелиной Вэнс и Гестией Джонс давно выражал нетерпение и готовность оказать Гарри всяческую помощь, но пока дел для них не находилось.
Что было о нём известно. После окончания Хогвартса Кевин Стефенсон отправился
в Уагаду [110], где были, по общему признанию, самые лучшие курсы Охотников за тёмными тварями. Возможно, это было связано с тем, что там, в дикой природе Африки, предметов охоты встречалось в разы больше, чем в Магической Британии, а это означало — больше опыта у инструкторов и больше практики у учеников.
По окончании курсов Кевин Стефенсон стал лицензированным охотником и поступил на официальную службу в Министерство Магии, в Департамент регулирования магических популяций и контроля над ними. В Департамент входили Подразделение зверей, Подразделение существ и Подразделение духов, которые в свою очередь состояли из более мелких структур: управлений, секций, групп и бюро. Была там и Комиссия по обезвреживанию опасных существ. В этой комиссии и служил Кевин Стефенсон. Поскольку в Магической Британии очень редко приходилось обезвреживать какое-нибудь опасное существо, то зарплата у
446/690
специалиста по этому делу была очень скромная. Поэтому Министерство Магии закрывало глаза на то, что охотники «подрабатывали на стороне».
Послужной список Кевина Стефенсона впечатлял. Он охотился на акромантулов на их исторической родине — в джунглях острова Борнео, помогал усмирять
взбесившегося взрывопотама [111] в Экваториальной Гвинее, в горах Трансильвании оказывал помощь вампирам, у которых разбежалось стадо
дромарогов[112]. Но чаще всего Кевин выезжал, когда требовалось участие в
команде по поимке нунду[113] [114] в Восточной Африке и мантикор в индийских джунглях и греческих горах.
По словам руководителя Департамента Мехэна Акерли, Кевин Стефенсон имел сложный характер, был необщительным, не имел друзей среди коллег.
«
— Мистер Стефенсон сегодня в Министерстве? — поинтересовался Дуэйн.
— Да, пишет отчёт о визите в западную часть Магической Британии. Оттуда
пришёл вызов по участившимся случаям укусов волшебников лечурками [115]. Не думаю, что после такой командировки он в хорошем настроении, хотя я вообще, наверное, его в таком настроении и не видел.
Раздался громкий стук в дверь кабинета руководителя Департамента регулирования магических популяций и контроля над ними, и она распахнулась. В кабинет, не дожидаясь разрешения, вошёл не очень высокий, но спортивного вида маг с походкой охотника, привыкшего не производить лишнего шума, чтобы не отпугнуть добычу, но при этом сохранять лёгкость и гибкость, чтобы быстро среагировать на изменившуюся ситуацию.
Лицо волшебника было загорелым и мужественным. Широкий лоб с прямыми бровями придавал его выражению серьёзность. Взгляд глубоко посаженных ярко-голубых глаз был внимательным и проницательным. Нос, прямой и симметричный, и хорошо очерченные тонкие губы добавляли его лицу решительность и харизму, а волевой подбородок указывал на сильный характер.
Его светло-русые волосы были коротко подстрижены и уложены волосок к волоску. Любимые волшебниками длинные причёски в джунглях крайне неудобны.
