— Стоила бы, если бы не принадлежала Предателям крови. Проклятые маги фонят грязными эманациями, которые впитываются во всё вокруг. В том числе и в землю. Для короткого оборота покупка этой земли бессмысленна — её никто у нас не перекупит, зная, кто жил на ней ранее. Но при ваших ресурсах мы можем там всё снести и начать проводить ритуалы очищения. Лет через пять вы продадите её за сумму с пятью нулями минимум.
— Решено, заберём у них эту землю. Только подыщите им клочок земли с домиком, куда их переселим. Найдите место подальше от Оттери-Сент-Кэчпоул, чтобы они
107/690
больше там... не фонили.
***
Придя на работу утром, Дуэйн Бёрк первым делом отправил запрос своему коллеге во Францию о семье Жиля Витрие, а также о семье Люпин. Последнего он добавил на всякий случай. Затем глава Отдела Тайн сам лично отправился в Департамент регулирования магических популяций и контроля над ними, чтобы выяснить, зарегистрированы ли на территории Магической Британии семьи оборотней под фамилиями Витрие и Люпин. Оказалось, что нет, в реестр оборотней такие фамилии не внесены.
Получалось, что и те, и другие скрывают от общества свою истинную природу. Это было плохо со стороны правопорядка, но просто отлично для Гарри, если подтвердится, что те виноваты в смерти лорда и леди Поттер и вассалов рода. Незарегистрированные, или, как их ещё называют, «дикие оборотни» и так подлежат истреблению. А если они совершили преступление, то их даже не судят. Достаточно постановления руководителя ДМП об устранении диких тёмных тварей. Гарри может убить их сам, а потом просто написать объяснение, почему он так поступил, а может и не писать — никто ему слова не скажет.
Теперь нужно было дождаться отчётов от «Тома», «Боргина» и из Франции, чтобы вечером было чем поделиться с союзниками в Трёх воронах. Хорошо, что его семья предпочитает проводить лето на тёплом море: детям не стоит знать всей этой грязи, а супруге он потом коротко расскажет, что к чему.
***
Одра и Кэтрин Норвич де Гастингс, работая в библиотеке Хогвартса, чувствовали себя более уверенно. Профессор Снейп сказал, что в замке почти никого нет, а если кто и есть, то точно их не обидит. Работалось сегодня легко, а вот результатов, увы, не было. После вчерашних удач девушки думали, что и сегодня им хоть с чем-то повезёт, но не вышло. Днем они пообедали со Снейпом в его покоях. Кэтрин пожалела профессора, что большую часть своей жизни провёл в подземельях.
— Неудивительно, что вы такой бледненький, — заявила она в конце своей речи.
— Кэтрин! Манеры! — возмутилась Одра.
— Зачем сейчас манеры? Профессор же наш союзник, считай, друг. Почему мне нельзя ему посочувствовать? А скажите, в своём доме вы, наверное, тоже живёте в подвале? Уже не можете на свету?
— Вынужден вас разочаровать, мисс Кэтрин. Я предпочитаю вести нормальный образ жизни, а к тому, как я живу сейчас, меня вынудили обстоятельства, — ответил Северус, почему-то совершенно не рассердившись.
— Кэтрин! Профессор, извините нас, пожалуйста, — проговорила Одра.
— Называйте меня по имени. Я никогда не был вашим профессором и вряд ли буду! Меня зовут Северус.
— Отлично, Северус! — ярко улыбнулась зельевару Кэтрин.
108/690
***
За ужином Гарри рассказал о сегодняшнем происшествии в банке Гринготтс.
— Вы молодец, Гарри, что сдержались и не отправили б
— У меня тоже есть интересные новости. Я сделал несколько запросов и первым получил ответ от своих французских коллег, и он оказался очень неожиданным. Мне прислали некую справку, а к ней один интересный документ, что проливает свет на мотивы действия определённых персоналий. Перед рассказом напомню, что волки на латинском языке звучат как Lupi, а по-французски loup. Итак. Средневековая писательница Мари де Франс, автор более десятка произведений
словесности XII века, в одном из них, называемом «Бисклаврет»[25], рассказывает историю оборотня, попавшего в ловушку из-за предательства своей жены, именуя
главного героя или «барон из Бретани», или «люпин»[26]. Эта история, по утверждению автора, совершенно правдива и была ею записана со слов бретонских жителей и затем переведена на французский язык. Подтверждением её достоверности может служить её упоминание в «Смерти Артура» сэра Томаса Мэлори.
После этих слов лорд Бёрк развернул пергамент с гербом и длинным списком каких-то имён.
