Поселок в самом центре Рокингемского леса, в чаще Файншейд Вуд, жил своей обычной жизнью. На улице резвились маленькие дети, щенки, не прошедшие свой первый оборот. Из труб на крышах домов, где хозяйки стряпали еду для своих семей, шёл ароматный дым. Старые седые оборотни играли в кости на столе, сделанном из ствола огромного векового дерева, а более молодая часть мужского населения самой большой резервации оборотней в Магической Британии отсутствовала, пребывая либо на охоте, либо на службе в волшебном или магловском мире.
В самом большом доме поселка проживал глава стаи Лайелл Адам Люпин со своей семьёй. Свою супругу, волшебницу Хоуп Хауэлл, Лайелл, которому было тогда уже прилично за сорок, встретил на окраине Рокингемского леса, за пределами Файншейд Вуд. Симпатичная молоденькая ведьма чуть старше двадцати лет опрометчиво оказалась в, как ей тогда думалось, безобидном лесу. Хоуп была девицей с чрезвычайно развитым воображением. Сначала она просто прогуливалась по лесу, а потом ей показалось, что кто-то наблюдает за ней из-за тёмных деревьев. Это был невесть как тут оказавшийся боггарт, который, почувствовав и осознав страх юной волшебницы, принял форму высокого крепкого магла зловещего вида, который стал угрожающе надвигаться на неё, издавая почему-то звериное рычание. Придя в ужас, Хоуп громко завизжала, думая, что ей пришел конец, и совершенно позабыв о том, что это может быть боггарт, магическое существо, изменяющее форму и принимая ту, что соответствует худшему страху наблюдателя. Услышав крик, Лайелл бросился на помощь и одним взмахом палочки заставил видение превратиться в светящийся шар, который с хлопком лопнул и исчез. «Всё в порядке, это был всего лишь боггарт», — попытался успокоить юную ведьму Лайелл, но его слова не произвели на неё никакого впечатления. Более того, она не поверила словам своего спасителя и продолжала утверждать, что на неё напал магловский маньяк, и была безмерно благодарна тому, кто её от него избавил.
Лайелл проводил Хоуп домой, а потом несколько раз приглашал её на свидания, на одном из которых признался, что он не просто волшебник, а оборотень-полукровка, рождённый от колдуньи и потому владеющий магией. К тому времени мисс Хауэлл успела влюбиться в Люпина. Слова Лайелла сначала напугали Хоуп, но когда он сказал, что не собирается её кусать и обращать, она решила, что это просто такая его «особенность», которую можно принять, если ей ничего не грозит, тем более, что родители Хоуп давно умерли, а сама она не нашла хорошей работы в мире магов и трудилась секретаршей в магловской страховой компании за очень скромную заработную плату.
На свадьбе своего вожака гуляла вся стая. Хоуп в первую брачную ночь узнала, что брак с оборотнем имеет и свои очевидные плюсы, которые выражались в неутомимости её супруга в постельных утехах и его весьма значительном мужском достоинстве. Оба этих качества способствовали быстрой беременности, которая завершилась рождением сына-оборотня. Отец назвал отпрыска Уилл и тут же снова одарил супругу беременностью, так как ему требовался наследник — оборотень с магическими способностями. Второй у супругов родилась дочь Шерон. Девочка оказалась просто ведьмой, что было очень ценно, так как каждая из семей клана была готова многое отдать, чтобы такая волшебница вошла в их
162/690
семью. Потом Хоуп родила ещё двух мальчиков-щенков, а нужный супругу наследник всё не появлялся на свет. Тогда Лайелл отправился с супругой за океан, в резервацию индейцев-шошонов в Форт-Холл на реке Снейк в штате Айдахо.
