По Острию Бритвы полностью

Страх снова схватил меня, и я почувствовала еще больший холод, чем раньше. Никто из тех, кто сражался с Йорином, не победил. Никто даже не выжил. «Сможет ли он победить?» — спросила я.

Хардт зарычал и расправил плечи, словно собирался нанести удар:

— Никто и никогда этого не делал.

— Ты же больше никого не обучал, — сказала я.

— Он не так хорош, как был я. — Хардт снова принялся расхаживать взад-вперед. — У Изена есть скорость, но ему не хватает силы, и его техника становится неаккуратной, когда он устает. Йорин…

— Ты бы мог его победить? — Я еще не видела, как Хардт дерется, и не знала всей правды об этом. Это зрелище стоит того, чтобы на него посмотреть, особенно когда этот мужчина приходит в ярость. В этом мире — да и в ином — нет ничего страшнее разъяренного Хардта. Даже сейчас от одной мысли об этом у меня мурашки бегут по коже.

— Я не дерусь, — сказал он. Я редко видела, чтобы Хардт выглядел более огорченным, чем тогда, а в других случаях это было полностью дело моих рук.

— Но ты бы мог, — надавила я. — Правила арены гласят, что струп не может отступить, но они также говорят, что кто-то другой может занять его место. Отправить одного брата умирать вместо другого.

— Проклятие живых — оплакивать мертвых, — сказал Тамура, осев на пол у стены и продолжая завязывать узлы на веревке при мерцающем свете фонаря. — Проклятие мертвых — не заботиться ни о чем. Они мертвы. — В глазах Хардта появилось затравленное выражение. Тогда я поняла, что он не займет место Изена. Я посчитала его трусом. В то время я не понимала почему, но Хардт был готов скорее позволить своему брату умереть, чем нанести удар.

— Он, блядь, еще жив! — крикнула я, выбегая из туннеля и оставляя двух мужчин позади, чтобы они погрязли в своем преждевременном горе.

Я была в ярости, когда выбежала из туннеля. Я продолжала идти, несмотря на то что не знала, где найду Изена или Йорина. Я даже не была уверена, что буду делать, когда найду одного из них. Я не могла остановить бой и, конечно, не могла занять место Изена. Ужасная правда заключалась в том, что у меня не было возможности спасти Изена от смерти, но я не могла просто позволить этому случиться. Я была гребаной дурой. Я думала, что люблю его. Я думала, что могу его спасти, и, если я это сделаю, он ответит мне взаимностью.

Это не может быть совпадением. Мысль поразила меня, как удар молота. Время было выбрано слишком удачно, чтобы быть простым совпадением. Мы были так близки к тому, чтобы осуществить нашу попытку, оставалось максимум неделя или две. Изен записался на один бой, и теперь, в отличие от всех остальных, его назначают драться с Йорином. Это должно было быть спланировано Деко или управляющим. Это не могло быть простой случайностью.

Я думаю, что, возможно, разговаривала сам с собой, бормотала что-то себе под нос. Известно, что в гневе я ругаюсь и оскорбляю кого-то вполголоса, хотя редко запоминаю, что говорила. Струпья пятились от меня, глядя, как я прохожу мимо. Некоторые даже последовали за мной, без сомнения, надеясь, что вот-вот увидят мое очередное представление. Я их не разочаровала.

Спускаясь на лифте к Корыту, я осмелилась встать у самого края, чтобы посмотреть вниз, на главную пещеру. С такой высоты даже Деко и его капитаны казались маленькими. Из этого следует извлечь урок о силе и перспективе.

Ты можешь упасть. Не нужно многого, чтобы посеять в человеке страх. Всего за несколько дней до этого я видела, как мужчина выпрыгнул из лифта — по крайней мере, нам сказали, что он выпрыгнул. Он кричал, падая, и звук, с которым он ударился о камень внизу, был отвратительным. Долгий путь до быстрой смерти. Я проигнорировала эту мысль и подошла еще ближе к краю. Я всегда была из тех, кто, разгневавшись, ищет опасность.

— Ну, ты только посмотри, кто появился. — Бригадир, управлявший лифтом — я так и не удосужилась узнать его имя, — был толстым мужчиной с клочковатой черной бородой. Я проигнорировала его и направилась к Корыту, уже высматривая Изена среди струпьев.

Многие из сидевших за столиками струпьев приветствовали меня, когда я проходила мимо, вглядываясь в их лица. Они знали меня как по имени, так и по репутации, и я даже остановилась, чтобы спросить некоторых из них, не видели ли они Йорина или Изена. Как мне сообщили, Йорин никогда не утруждал себя посещением Корыта, и его редко видели за пределами арены. Никто из них не видел Изена.