- У меня всё немного по-другому, - попыталась донести я до неё, но Наташа от меня лишь отмахнулась. Я помахала ей рукой на прощание. Прошло ещё минут десять, и в коридоре всё окончательно стихло. Не знаю почему, но это старое здание меня не пугало, даже когда я оставалась здесь одна. Хотя, казалось, что оно живёт своей жизнью. Под крышей бесконечно что-то ухало, полы скрипели, а оконные рамы хлопали от малейшего сквозняка. К тому же, сильно пахло пылью. В каждом кабинете ещё сохранились большие шкафы с огромным количеством скопившихся за годы бумаг. Наверное, мне повезло, что меня не заставили все их разобрать, что вся нужная мне для работы документация оказалась на флэшке. Иначе за двухнедельный отпуск я бы работу не закончила. Даже за месяц не закончила бы.
Я поднялась из-за стола, подошла к окну и выглянула на улицу. Рабочие всё ещё суетились перед распахнутыми воротами в производственный цех.
Мой мобильный запел знакомую мелодию, я оглянулась, посмотрела на него. Разговаривать настроения не было, но нельзя же продолжать отмалчиваться, обходить друг друга стороной даже дома? Нужно мириться, если мы в ссоре, налаживать отношения, если у нас возникли проблемы…
- Я заберу тебя с работы, - сообщил мне Вовка, когда я ответила на звонок.
- Заберёшь? - удивилась я. Посмотрела на разложенные вокруг меня стопки бумаг. – Вообще, я хотела задержаться, поработать, - намекнула я ему.
- Не выдумывай. К тому же, родители приехали, все тебя ждут.
Я выключила телефон и вздохнула. Вот только этого не хватало. Но жаловаться и противиться я не могу. Это не моя квартира, свои правила я устанавливать не могу, права не имею. Настораживало то, что родители Вовы приехали вместе и решили остаться с ночёвкой, оставили на соседей дом и хозяйство.
- На обследование приехали, - сообщила мне Лидия Николаевна за ужином. – Поживём несколько дней, чтобы из деревни в больницу не мотаться. А тут поликлиника под боком. А я пока за вами присмотрю, - порадовала она. Правда, Вовка улыбался, он, по всей видимости, был маминой заботе рад, а вот я с трудом заставила себя раздвинуть губы в улыбке.
Пётр Иванович, сидя за столом, без конца оглядывался, будто не в своей квартире находился. Вскоре стало ясно почему.
- Что-то вы кухню совсем запустили, - проговорил он, в конце концов. – Ремонт не собираетесь делать?
- Нет, - ответила я, а Вовка со мной одновременно:
- Сделаем, пап. – И мы уставились друг на друга с непониманием.
Лидия Николаевна же взглянула на меня с укором.
- Вика, ты же молодая девушка. Неужели тебе не хочется чистоты на кухне?
- Хочется, - отозвалась я, стараясь не смотреть на формальную свекровь. – Вот только денег у нас на ремонт нет.
- Будто вас о многом просят, - легко отмахнулась Лидия Николаевна. – Обои переклеить, да линолеум поменять. Можно ещё люстру и занавески заменить. А то всё старенькое какое-то.
- Мы об этом подумаем в следующем месяце, да, Вик? – влез Вовка, стараясь всеми силами угодить родителям.
А я взяла и кивнула, соглашаясь. Сказала:
- Да, конечно. В следующем месяце Вова получит первую зарплату, и мы подумаем о ремонте. Очень серьёзно подумаем.
Вовка устремил на меня возмущённый взгляд, а я ему улыбнулась.
- Он ведь рассказывал вам про работу? Я так рада, что он доволен!
Лидия Николаевна потрепала сыночка по голове. И попросила:
- Расскажи ещё раз. Чем ты будешь заниматься?
Вовка принялся рассказывать, а я слушала и понимала, что особого восторга в его голосе я уже не слышу. И правильно, ведь чтобы ходить ежедневно на работу, как раньше, нужно вставать по утрам, куда-то идти, что-то там делать… Работать, одним словом. А у Вовки запал, кажется, закончился.
- Зачем ты родителей подначиваешь? – выговаривал он мне позже, за закрытой дверью спальни, когда мы отправились спать. С родителями в одной квартире сидеть до утра за компьютером было невозможно, и Вовка ещё из-за этого готов был впасть в депрессию. То и дело посматривал на дверь в большую комнату, в которой на ночлег устраивались его родители. Родительская комната была проходной, и это, конечно, было неудобно, лишний раз из спальни не выйдешь, тем более незаметно, будешь бояться помешать. Придётся смириться. Но мне, судя по всему, смириться и перетерпеть было куда легче, чем их сыну.
- Я не подначиваю, - возразила я. – Говорю, как есть. Денег ни на какой ремонт у нас нет, даже на минимальный.
- Не придумывай, - рассердился Вовка. В постель лёг, накинул на себя край одеяла, а руку положил под голову. Посматривал на меня с неудовольствием. – Всё у нас с деньгами нормально. Ты на подработке, я… на зарплате.
Я кивнула, соглашаясь. И тут же поинтересовалась:
- А ты сегодня на работу ходил?
- Конечно, - удивился он. Решил оскорбиться: - Ты мне не доверяешь?
- Я интересуюсь, Вова.
- Твой интерес какой-то неправильный. Он меня обижает. Просто я не рядовой сотрудник, вполне могу работать дома, и по необходимости выезжать на встречи и совещания.
- Понятно, - проговорила я. – Лёша для тебя все условия создал.
