Я старалась производить, как можно меньше шума. Не стучать каблуками в подъезде, не греметь ключами, очень осторожно вставила ключ в замочную скважину, повернула его, дёрнула ручку. Но дверь не открылась. Я постояла в замешательстве, после чего, снова дёрнула ручку. Стало понятно, что дверь заперта, причём на нижний замок, которым мы никогда не пользовались. У нас с Вовкой и ключей от него не было. Замок был старым, ненадёжным в использовании, к тому же, Вовка с момента моего переезда к нему в квартиру, каждый месяц заверял меня, что собирается заменить дверь на новую, так что, возиться со старыми замками ни к чему. Я слушала разговоры про замену двери каждый месяц, и давно махнула на неё рукой. И пользовались мы всегда только верхним замком, а сейчас дверь была заперта на оба. Я стояла перед ней в нерешительности целую минуту, прежде чем подняла руку к звонку. Пришлось нажать на кнопку не один раз, прежде чем я поняла, что открывать мне никто не собирается. Чувствовала я себя совершенно глупо. И не знала, то ли мне смеяться от необъяснимости ситуации, то ли плакать. Что, в дверь колотиться? Звать Вовку? Чтобы все соседи были в курсе того, что меня домой не пускают?
Затем я догадалась достать телефон и набрать номер любимого. Хватило одной попытки для того, чтобы понять – телефон он отключил. Звонить Лидии Николаевне… Господи, это было таким унижением! Но я всё же набрала её номер. А пока держала телефон у уха, слушая гудки, спустилась на один лестничный пролет и выглянула в подъездное окно. Только сейчас обратила внимание на то, что Вовкиной машины нет на месте. Парковочное место пусто.
На часах было одиннадцать вечера, а я стояла в подъезде, перед запертой дверью, и совершенно не знала, что делать. Меня накрывал то смех, то ужас, то паника, то я предпринимала попытку объяснить происходящее. Вдруг в моё отсутствие что-то случилось, и им пришлось уехать? Например, в больницу? Но для чего тогда запирать квартиру столь странным способом, ведь Вова знает, что ключа от нижнего замка у меня нет. Хотя, при желании, и этому можно найти объяснение. При желании…
На телефонные звонки мне так никто и не ответил. Постояв ещё немного в подъезде и предприняв ещё несколько попыток позвонить в дверь, я стала спускаться по лестнице. Было жутко неудобно звонить в дверь к соседям, пусть я и считала Жанку своей лучшей подругой, но ничего другого мне в голову не пришло.
- Я не понимаю, что случилось, - проговорила я, глядя на подругу в полной прострации. – Но, кажется, они уехали.
ГЛАВА 7
- У меня просто в голове не укладывается. – За окном уже было утро, хотя и совсем раннее. Но не спалось, особенно мне. Мне от непонимания и шока, Жанне от возмущения. Она стояла у кухонного окна, смотрела вниз на выстроенные в ряд соседские машины и на пустое место, которое было закреплено за нашей с Вовой квартирой. – Как они могли уехать?
Я плечами пожала. Грела руки о чашку с кофе. Мне было бесполезно задавать вопросы на тему: как они могли и почему так поступили. В моём сознании ответов не находилось. И я всё ещё продолжала убеждать себя, что всё случившееся вчера, абсолютное недоразумение. И когда я услышу объяснение, всё тут же встанет на свои места. Вопросов, а тем более подозрений и непониманий, у меня не останется. Но пока у меня от напряжения дрожали пальцы. Они отбивали по боку чашки какой-то непонятный ритм.
- И что, Вовка думает, что это сойдёт ему с рук?
Кстати, Жанна уже не раз лично поднималась к двери нашей квартиры, звонила, прислушивалась и даже пробовала стучать. Никак не могла поверить, что меня могли просто оставить ночью под дверью, а сами уехали, и сердце у них не болит.
- Вика, что ты молчишь?
- А что мне сказать? – проговорила я, глядя за окно, на яркую листву березы.
- Я сама ему позвоню, - зловеще пообещала подруга. – И Лидии позвоню! Это где такое видано?..
Я даже обрадовалась, что сегодня не выходной, и мне пришло время собираться на работу. Не знаю, чего мне сейчас хотелось больше – отвлечься цифрами, погрузиться в них с головой, или забиться в какой-нибудь угол и прорыдать весь день. Я даже представила себе это, как вою, уткнувшись лицом в колени, и у меня от чётко нарисовавшейся в сознании картины, от нахлынувших ощущений, предательски затряслась нижняя губа и на глаза навернулись слёзы. Но я запретила себе плакать, даже перед Жанной. Из-за стола поднялась, сделала глубокий вдох.
- На работу пойду.
Жанна глянула на меня в удивлении, затем задумалась над чем-то и следом кивнула.
- Правильно. Правильно, ступай на работу. – Она подошла ко мне и зачем-то перекрестила. – Всё у тебя будет хорошо. Помни о том, что ты лучше их всех.
Я глянула на неё с непониманием.
- Ты о чём?
- О том, что ты умница и красавица. Тебя вон какие мужчины на работу берут, в рестораны приглашают!.. Вика, не думай о предателях.
Я аккуратно кивнула. И даже пообещала:
- Хорошо, не буду. Только сделай мне одолжение.
- Всё, что угодно.
