Территория, на которой располагалась мебельная фабрика Веклеров, была обнесена высоким забором. Наверное, попасть без разрешения, без пропуска, сюда было невозможно. На въезде стояла охрана, а по периметру были натыканы камеры слежения. Почему-то это первое, что бросилось мне в глаза. Не забор, не отремонтированные здания внутри, а именно камеры, реагирующие на движение рядом. Их количество показалось мне странным. Чего так сильно можно опасаться и настолько тщательно контролировать?
Я не задала этот вопрос, но, по всей видимости, он явственно читался на моём лице, потому что Андрей в какой-то момент сказал:
- Производственные тайны никто не отменял. А отец порой выполняет заказы настолько претенциозных людей, что они не хотят выдавать даже цвет столика для газет, что будет стоять в их прихожей. Приходится считаться.
- То есть, у нас в городе ты сделаешь то же самое?
Андрей равнодушно пожал плечами.
- Скорее всего. Отец, вряд ли, станет этим заниматься.
Я помнила Романа Артуровича Веклера человеком весьма деятельным. Конечно, лично мы с ним знакомы не были, виделись лишь однажды, и он, вряд ли, обратил на меня внимание, но я помнила разговоры о нём в городе, помнила его выступления по городскому телеканалу, ведь был такой момент, когда он, со всей своей кипучей энергией, собирался баллотироваться в депутаты Горсовета. Собирался всерьёз, шла предвыборная компания, за него агитировали на улицах, бросали листовки в почтовый ящик, а потом всё это как-то неожиданно закончилось. В один момент. Ещё вчера его имя звучало отовсюду, а потом просто пропало. Не знаю, почему мне запомнились события тех времен, я была ещё достаточно мала, и вспомнилось мне его имя в тот момент, когда Ксеня привела Григория к нам в дом знакомиться. Я услышала его фамилию, и вспомнила имя человека с волевым лицом и живым взглядом, который привлекал к себе внимание всех горожан пару лет назад. Помню, тогда ещё подумала: «Надо же, его сын в нашем доме, ухаживает за моей сестрой!». Именно таким, живым и энергичным, молодым, я и помнила Романа Артуровича. И нашу с ним встречу на фабрике я тоже отлично помнила, тогда он показался мне весьма грозным. А сейчас Андрей оговаривается, что его отец не будет решать того-то и того-то, и мне кажется это очень странным.
Подмосковная фабрика Веклеров не имела ничего схожего со старой, полузаброшенной фабрикой в нашем городе. Здесь кругом была чистота, прогресс, технологии. Рабочие хвастались чистыми комбинезонами, по идеальному асфальту дорожек ездили новенькие электрокары, а из громкоговорителя звучали загадочные фразы и распоряжения, понятные, видимо, только сотрудникам. Кому и куда подойти, в какой бокс отскладировать продукцию с таким-то идентификационным номером, и откуда будут отъезжать гружёные мебелью машины. Надо сказать, налаженность процесса впечатляла. Ни травинки, ни деревца, ни кустика на территории не было видно. Асфальт, бетон, указатели.
- Ты можешь пройти в цех готовой продукции, - сказал мне Андрей, едва мы переступили порог офисного здания. Нас встречало целых пять человек, я даже отступила назад, не собираясь мешать им быстрее добраться до начальства и получить хоть толику его внимания. На меня, правда, кинули пару любопытных, вопросительных взглядов, после чего Андрей про меня и вспомнил. Обернулся и предложил прогуляться в цех готовой продукции. И добавил: - Тебя проводят.
«Нужно было отправиться в торговый центр», в который раз за день подумалось мне. Что мне делать в этом цеху, я понятия не имела, но отправилась туда, куда послали, за молоденьким, худеньким мальчиком в светлом костюме. Костюм был недорогой, помявшийся за первую половину рабочего дня, зато на лице молодого человека была написана безумная старательность. Кажется, он всерьёз обомлел, когда Андрей обратился к нему напрямую, попросил встать из-за стола и отправиться куда-то со мной. На его лице в тот момент отразилось такое удивление, что, скорее всего, он сам не сразу вспомнил, где находится тот самый цех готовой продукции. Просто выскочил из комнаты, а мне пришлось отправиться следом за ним.
А ещё паренёк тараторил, как заведённый. Видимо, подумал, что я какой-то важный гость, и старался вовсю.
- Вам у нас обязательно понравится, - повторял он раз за разом. – Вы останетесь под впечатлением.
Я на него посмотрела, не смогла удержаться от улыбки.
- На какой должности ты работаешь? – спросила я.
Он на меня оглянулся через худое плечо.
- Менеджер по продажам.
- Давно?
- Два месяца.
Я понимающе кивнула.
- Нравится?
- Андрей Романович отличный руководитель, - выдал он.
Очень сомневаюсь, что Андрей Романович лично руководит двадцатилетними менеджерами по продажам.
- Вот наш цех готовой продукции.
Мне указали на распахнутые двери в цех, я перешагнула высокий порог, чувствуя удушливый запах дерева и полировочных материалов. Внутри, как мне в первый момент показалось, никого, а мальчик рядом со мной заметно томился. Нужно было что-то мне говорить, а он не знал что, потому что понятия не имел, кто я такая. Мне стало его жаль, и я пообещала:
