Скомандовал своим людям, чтобы не давали имперцам свободно дышать, нагружая оборону интенсивным огнем из магострелов, плевать, что могут взорваться накопители — Карл, если что, подлатает раненых. А сам поспешил вниз. Услышал за спиной легкие шаги Рогнеды. Демоны! Лезет в самое пекло! Но и отправить ее назад — убить едва-едва возродившуюся веру в себя.
Выскочив на крыльцо, тут же кинул мощный боевой конструкт в защиту имперцев. Я уже давно не тот слабосилок, каким появился в этом мире. Жизнь в аномалии довольно сильно прокачала мою энергетику, а вмешательство Ушаты что-то сделало (мне еще предстоит разобраться что) с энергоканалами и я теперь вышел на свой былой уровень, когда преподавал в Академии.
Щиты имперцев заискрили, просаживаясь, в меня тут же густо полетели пули, болты, заклинания. Только это все мелочи. Если бы я замер на одном месте, полагаясь на одну лишь защиту, возможно у эллинов и получилось бы сбить мой покров. Но я постоянно двигался, стараясь прикрыть собой Рогнеду. Хотя, кажется, это лишнее. Девочка вполне справляется и без моей помощи. Чувствуется выучка. Рационально выстраивая оборону, Рогнеда, так же как и я, активно маневрировала, используя естественные укрытия и избегая прямых ударов вражеских магов. И мы уже вдвоем наносили удары по щитам имперцев.
Отлично! Сработало!
Нам навстречу вышли маги эллинов. Над полем боя воцарилась тишина. В ожидании развязки битвы магов, на нас устремились десятки глаз. Сейчас и имперцы и мои ушкуйники остались без магического прикрытия, и это можно было бы использовать в своих целях. Но тут так не принято. Раз командиры решили определить исход битвы личными поединками, значит, так тому и быть. Благородно, но глупо.
Черноволосая девушка в алом мундире с яростным злорадством во взгляде направилась к Рогнеде. Она бросила княжне какие-то слова, но я их уже не слышал — мое внимание целиком было обращено на противника. Седого, с лицом, изрезанным шрамами, в потрепанном мундире. Имперский маг-ветеран, судя по нашивкам, из тех, что прошли южные кампании. Я смотрел на него и понимал — такой не сдастся, хотя прекрасно осознает, что он мне не соперник. Этот воин выбрал смерть. Уважительно кивнул имперцу. Получил в ответ кривую усмешку и такой же кивок.
Эллин начал первым. Его рука стремительно перечеркнула воздух, и земля подо мной вздрогнула, покрываясь трещинами, из которых вырывалось испепеляющее пламя. Я уклонился, чувствуя, как жар лижет кожу. Противник словно ждал моего движения, и ко мне рванулась волна огня — не яркая, как в сказках, а грязно-рыжая, с черным едким дымом, пахнущая горелым мясом и серой. Я успел укрепить щиты, но все равно жар опалил волосы. Интересный соперник достался — опытный. Даже жаль, что придется его убить. С таким воином я бы лучше сошелся в учебной схватке, чувствую, у этого человека есть чему научиться в плане боевого применения магии.
Тут же последовал мой ответный удар. Щит эллина вспыхнул синим, режущим глаза, светом. Воздух вокруг него сгустился, сейчас он чувствует, как на него опускается многотонная плита гравитации. Мои энергоканалы натянулись, как стальной трос под непосильным грузом. Пульс молотками заколотился в виски. Но имперцу досталось гораздо сильней. Мужчина упорно сопротивлялся, его лицо исказилось мучительной гримасой, из прокушенной от напряжения губы на подбородок медленно стекла струйка черной, как нефть, крови.
Его глаза встретились с моими. Он понял, что сейчас умрет. Но во взгляде не было безысходности, одно лишь желание во что бы то ни стало забрать меня с собой. Собрав последние остатки сил, он сделал шаг вперед, затем еще один, и еще… Рука легла на эфес сабли и медленно, словно вместо воздуха его окружала густая жидкость, потянула ее из ножен, желтые зубы оскалились в злой усмешке, во взгляде читалась упрямая требовательность. Он просил меня о смерти. Настоящий воин — имперец хотел умереть, пока еще был в состоянии стоять на ногах. Он заслуживал достойную смерть. И я подарил ее ему.
Мана, повинуясь моему желанию, сформировалась в мощную молнию, быструю, как удар кнута. Она ударила в щит имперца, пробив его, как бумажный лист. Тело мага неестественно выгнулось, изо рта вырывался низкий рык, усилием воли он все-таки вытащил саблю из ножен и, сделав последний в своей жизни шаг, ничком завалился в черный от копоти снег.
Но это еще был не конец. Я почувствую рядом сильные колебания энергопотоков. Повернув голову, нашел взглядом Рогнеду. Ее поединок был в самом разгаре, и княжне приходилось очень нелегко. Но какое же это было зрелище! Две ослепительных красавицы кружили по двору управы среди трупов и грязи. Их глаза пылали яростью, а схватка была больше похожа на грациозный танец, чем на смертельный поединок. И это не бой двух противников, случайно встретившихся на поле боя. Было в их противостоянии что-то личное. Это чувствовалось по полным ненависти взглядам, по тому с какой лютой злобой осыпали девушки друг друга боевыми конструктами.
