— Сомневаюсь, — покачал головой Юрий Мстиславович, — Для этого тебе надо оказаться в Пограничье, добраться до парня, миновав его охрану, нейтрализовать собственную дочь, и лишь потом схлестнуться с Раевским, который и сам не слабый воин и одаренный. Он уже сейчас сильнее тебя.
Бежецкий фыркнул:
— Молокосос!
— Этот молокосос играючи размазал имперского магистра из ветеранов Аксумских войн.
Ярослав еще раз фыркнул, но уже не так уверенно, а Ингвар задумчиво покивал головой. С Аксумским царством у Империи два десятка лет назад случилась серьезная война, едва не закончившаяся поражением эллинов, где хваленая выучка, магия и тактика имперцев столкнулись с древними ритуалами жрецов-некромантов, чья мощь основывалась на жертвах и запретных артефактах. Ветераны той войны выжили благодаря исключительному мастерству, что сделало их одними из самых опасных и опытных бойцов цивилизованного мира.
— А Рогнеда, — Лобанов усмехнулся, глядя на играющего желваками на скулах друга, — Одолела в поединке Клариссу Спартокид.
— Черную смерть?
Ярослав Всеволодович прекрасно знал о противостоянии дочери с эллинкой, начавшегося еще с международных школьных соревнование по магическому бою. И всегда гений рода Спартокид была сильнее.
— Её, — кивнул Юрий Мстиславович, — И это, прошу заметить, после плена, едва отойдя от болезни. А если учесть силу ученицы Раевского, значительно возросшую за короткий период — простолюдинки из трущоб, осенью еще и не знающей о своей одаренности, на ум приходят очень интересные и многообещающие выводы.
— Кстати, ты выяснил, зачем он отправил сюда девчонку с такой серьезной охраной? — вмешался Великий князь.
— Да тут все просто, — махнул рукой Лобанов и выпил, — Он набирает лояльных слуг для своего рода, пользуясь твоим дозволением, Ингвар. Она знает трущобы как свои пять пальцев, выросла там, и мои агенты не могут за ней уследить. Но одно ясно: её нельзя трогать. Более того, её нужно оберегать от других аристократов. Ярл Рагнар пока лоялен Княжеству, но если с девочкой что-то случится, Пограничье станет для нас потерянным — вольница не простит, — Лобанов специально заострил внимание на титуле Федора в Пограничье, не том, что даровал Раевскому Великий князь, а том, что тот получил среди вольницы по праву силы.
— Кто провозгласил его ярлом? — голос Великого князя был излишне резок.
— Княгиня Воронова со своими людьми, глава Гильдии вольных охотников в Кочках Фроди Рагнарсон по прозвищу Старый Ворон, ватаманы Стрежень, Щербатый, Лихой, Улыба, чернь.
— Все Пограничье, — задумчиво протянул Ингвар.
— Не только. Новгородское братство раскололось. Старши́на во главе с Мурманом постановили распустить южную Гильдию и низложить Ворона, за попрание традиций вольного общества. В ответ вольные из низовых ватаг, а это боевое большинство, ходящее в аномалию, выразили старши́не недоверие, поддержав Рагнара. Ушкуйники готовы вцепиться друг другу в глотки.
— Как ты это допустил⁈ И почему не доложил раньше⁈ — атмосфера в помещении начала давить, у Великого князя стала проявляться его медвежья сущность.
— Сейчас и докладываю, — спокойно пожал плечами Лобанов, товарища по детским играм он знал хорошо, и сейчас Ингвар не гневался, а скорее делал вид, — Сам узнал пару часов назад.
Юрий Мстиславович не чувствовал за собой вины. Доклад о распрях в братстве накануне посиделок принес Молчан. Глава «Ока» еще не успел его изучить досконально, но пользуясь оказией и неформальной обстановкой, решил поставить Ингвара в известность о не очень приятных новостях.
Хотя, что тут неприятного? Мурман со своими головорезами зарвался. Их надо было убирать еще когда вскрылись контрабандные дела, в которых замазалась Гильдия и Кракен. С Кракеном кардинально решил вопрос Раевский. Немного преждевременно. Бандита еще можно было поиграть. А вот с Мурманом рано или поздно пришлось бы что-то делать «Оку». И как повело бы себя братство в ответ на вмешательство в их дела не известно. Вольные горой стоят за свои привилегии. А тут охотники с ушкуйниками сами разберутся, а он, как глава Службы безопасности Великого Новгорода просто поспособствует, чтобы решение было на благо княжества.
— Завтра все подробней обскажешь, — успокоился Великий князь, — Какие предложения у тебя по Раевскому? Шуйские уже воду мутят, требуя вернуть им Вятку.
— Мутят воду младшие Шуйские. Глава рода все понимает. Они сами, без сопротивления, отдали город. А Федор его отбил с боем, Вятка принадлежит ему теперь по праву. У нас Шуйские могли что-то просить, если бы в освобождении участвовали твои войска. А так, это спор двух родов, ты тут можешь выступать только в роли арбитра. И закон на стороне боярина Раевского. Вернее, теперь уже ярла Рагнара.
— И? — Ингвар с интересом посмотрел на своего верного пса — большого специалиста по хитрым схемам и интригам. Вот и сейчас чувствовалось — Лобанов что-то затеял.
— Предлагаю оставить все как есть, – тонко улыбнулся глава «Ока», — Владимир Шуйский стар и болен, ему осталось не долго. А наследники давно поглядывают в сторону Империи и эребов…
